Книга Во имя народа, страница 58 – Чжоу Мэйсэнь

Но Гао Юйлян уже вцепился в противника и не отпускал:

— Товарищ Дакан, сегодня на заседании Постоянного комитета обсуждается вопрос о кадровых работниках. Вы оценили Ци Тунвэя, мне кажется, предвзято. Вы сказали, что в тот год своими глазами видели, как он рыдал на могильном кургане, и в этом факте я не сомневаюсь. Однако, товарищ Дакан, может, Ци Тунвэй так расстроился из-за кого-то из своих родственников? Кто из его родных в этот период времени умер? Ты узнавал?

Ли Дакан ответил:

— Я узнал: мать Ци Тунвэя до сих пор жива и здравствует, у него семья долгожителей.

Гао Юйлян ответил:

— Пусть даже и так, и что из того? Товарищ Дакан, какой пункт устава партии нарушил Ци Тунвэй? Какой из параграфов государственного законодательства? Какой из нормативов несения государственной службы?

Ша Жуйцзинь, несколько озадаченный таким поворотом, подумал: «Не слишком ли вызывающ этот заместитель секретаря Гао?» Взвесив всё как следует, он решил, что у этого человека всё-таки есть определенный уровень, в конце концов в провинции это большое дерево с глубоким корнем: он едва не стал секретарем парткома провинции. Подчеркнуто резко хлопнув ладонью по столу, он сказал:

— Этот вопрос задан очень хорошо, хотя немного отдает черным юмором!

Ли Дакан удивился:

— Черный юмор? По логике товарища Юйляна, раз уж товарищ Ци ничего не нарушил, не должны ли мы его рекомендовать для занятия должности вице-губернатора?

Гао Юйлян расплылся в улыбке:

— Товарищ Дакан, не торопись с выводами, я еще не закончил.

Ша Жуйцзинь сказал:

— Что ж, пусть товарищ Юйлян продолжит говорить, на сегодняшнем заседании мы непременно должны прийти к ясному пониманию ситуации; в дальнейшем в принципиальных вопросах не может быть ничего путаного и неясного.

И Гао Юйлян заговорил. Он оставил Ци Тунвэя и перевел разговор уровнем выше:

— Товарищ Ша Жуйцзинь говорил о проблемах кадровых работников нашей провинции. Существуют ли эти проблемы? Безусловно, существуют, и в некоторых местностях и учреждениях даже весьма серьезные. Например, начальник орготдела Хуа Синьфу, ни много ни мало, пьет с подчиненными женщинами. А уголовное дело начальника орготдела в городе Яньши в прошлом году? Что была за ситуация? Всем известно: адюльтер с сотней женщин – кадровых работников, и даже больше, чем с сотней, в высшей степени дурной поступок!

Один из членов Постоянного комитета добавил:

— Некоторые женщины – кадровые работники открыли двери в номера и дожидались этого начальника отдела на кроватях, а некоторые предлагали себя в обмен на деньги. И уж верх бесстыдства, когда мужья отдельных женщин – кадровых работников выступали сутенерами.

Ша Жуйцзинь изумился:

— С этими женщинами – кадровыми работницами после разобрались? Сколько их, и что в итоге решили?

Выступивший член Постоянного комитета горько рассмеялся:

— Да, по сути, не разобрались. Как разбираться-то? Это касается более чем сотни семей, подняли б тогда шум – пошла бы череда разводов, самоубийств и тому подобных дел. И какое дурное влияние это оказало бы на общество!

Гао Юйлян продолжил:

— Многие кадровые работники, узнав, что товарищ Жуйцзинь прибыл на работу в нашу провинцию, побежали к Чэнь Яньши. Конечно, рыть землю и дарить птиц нехорошо, но всё же имелось какое-то чувство меры и осмотрительность, в конце концов ему не дарили напрямую деньги! А вот когда в прошлом году мэр Линьнаня праздновал день рождения, триста шестьдесят восемь подчиненных прямо преподнесли ему деньги – и подарили сколько? Два миллиона восемьсот девяносто тысяч!