Книга Во имя народа, страница 68 – Чжоу Мэйсэнь

— Скажи, Дунлай, видели ли ваши люди ясно, что Цай Чэнгуна в конце концов увезли люди из Департамента общественной безопасности провинции, или же его арестовали полицейские в штатском?

— Это, секретарь Ли, мне самому не вполне ясно, трудно определить. Однако их люди все ходят в штатском, поскольку должны выполнять неординарные задачи, я думаю, они приехали встретить и забрать его, – осторожно сказал Чжао Дунлай.

— То есть Ци Тунвэй отнял у нас человека? – Ли Дакан вдавил и свирепо вкрутил в пепельницу наполовину выкуренную сигарету. – Дунлай, ты немедленно отправишься и найдешь Ци Тунвэя и получишь человека обратно! Дело 16 сентября – очень крупное, и относится оно к юрисдикции отдела общественной безопасности города Цзинчжоу, а Цай Чэнгун – важнейший подозреваемый! И скажи, что это я приказал разыскать его, все должны действовать в соответствии с законодательными нормами!

Жесткий приказ секретаря горкома воодушевил подчиненного. Чжао Дунлай, отдав честь, поспешно удалился.

Хоу Лянпин специально отправился к месту назначения в провинцию N по скоростной железной дороге. У него всегда было ощущение, что жизнь человека в самолете как бы на время прерывается, к тому же сейчас область его работы со всей страны стянулась к одной провинции, поэтому и транспортное средство тоже нужно сменить, вместо самолета теперь поезд. Да это и хорошо – можно больше не бояться проблем из-за нелетной погоды. Поезд двигается с большой скоростью, стабильно и безопасно, и в итоге не замечаешь, что он движется так стремительно. Лишь непрерывно проносящиеся мимо и улетающие назад поля, чащи, реки и деревни достоверно свидетельствовали о его реальной скорости. И еще путь размечен выскакивающими то тут, то там высотными домами, концентрация которых в современном Китае порой заставляет удивляться. Город врезался в привольные просторы целыми районами несчетных башен из кирпича и бетона – благодаря им и обнаруживалась скорость, незаметная для человеческого глаза.

Внешне спокойный, внутри Хоу Лянпин был подобен этому несущемуся скоростному поезду и не успокаивался ни на минуту. Авария, в которую попал Чэнь Хай, заставляла его испытывать страдания и вызывала гнев. Во время этой поездки в Цзинчжоу надо непременно поймать негодяев, устроивших все эти беды, и передать их в руки закона. Однако профессиональное чутье подсказывало ему, что ситуация с коррупцией в провинции N – начиная с бегства Дин Ичжэня и заканчивая пожаром 16 сентября – пошла по трудному сценарию, не обещающему быстрых успехов, и, судя по всему, сражение предстояло жестокое.

Впрочем, начало оказалось хорошим: важный заявитель Цай Чэнгун наконец-то оказался в руках его соученика – Ци Тунвэя, так что Хоу Лянпин вздохнул с облегчением. Разговаривая с Ци Тунвэем по телефону, он поблагодарил его и даже пригласил випить по рюмке, но Ци Тунвэй сказал:

— Не ты, а я приглашаю тебя, вновь назначенного начальника Департамента по противодействию коррупции! Завтра, как только приедешь, двигай прямо на место банкета.

Хоу Лянпин ответил:

— Боюсь, сразу не получится, мне нужно заехать в больницу навестить Чэнь Хая, к тому же нужно переговорить в организации, давай встретимся в другой день.

Ци Тунвэй не стал настаивать. Они договорились о том, что завтра утром Цай Чэнгуна передадут прокуратуре провинции; Хоу Лянпин хотел сам допросить друга детства. Ци Тунвэй торжественно поклялся, что проблем не будет.