Онлайн книга «Во имя народа»
|
Когда он вернулся домой, помощница по хозяйству Тянь Синчжи уже приготовила еду и спросила, накрывать ли на стол. Ли Дакан окинул взглядом комнату. Домохозяйка поняла его молчаливый вопрос и поспешно сказала, что жена его не вернулась домой ужинать: в банке организован банкет на высшем уровне. Ли Дакан, кивнув головой, сказал: — Подавай. Тянь Синчжи тут же поставила на стол тарелки. Ли Дакан, орудуя палочками для еды, одновременно болтал с домохозяйкой. Раньше она работала воспитателем в детском саду на госпредприятии, после реформы досрочно ушла на пенсию. Педагоги есть в штатном расписании предприятия; поскольку социальный пакет постоянно не реализовывался, она вместе с другими педагогами обратилась с петицией в районное правительство. Тянь Синчжи сохраняла характерные особенности педагога детского сада – живая и приветливая, с выразительной речью. Она артистично изобразила, как подавала обращение в канцелярию по работе с обращениями граждан района Гуанмин, и это привлекло внимание Ли Дакана. Поскольку окошко в канцелярии очень низкое, заявителям приходилось стоять, согнувшись пополам, и разговаривать с ведущим прием секретарем, склонив голову. Ли Дакан, посмотрев на это, всё понял и спросил Тянь Синчжи: — Так ты говоришь, что окошко в канцелярии района Гуанминцюй низковато? Тянь Синчжи ответила: — Не просто низковато, это они так специально «учат» людей! У Ли Дакана и без того настроение было не очень. Услыхав о том, какие препоны чинят посетителям в госучреждении, он, приняв строгий вид, сказал: — Ну, я в свободное время пойду взгляну. Если они так учат людей, ну так я поучу их самих. Он тут же взял блокнот и сделал в нем пометку. В это время стрелка висящих на стене часов подошла к десяти. Ли Дакан, посмотрев на циферблат, сказал Тянь Синчжи: — Еще раз позвони Оуян Цзин, поторопи ее. Тянь Синчжи набрала номер. Оуян Цзин ответила ей и пообещала, что вечером непременно вернется, но, возможно, довольно поздно, здесь лунная вечеринка. Ли Дакан, выхватив трубку, взорвался: — Оуян, ты снова ускакала в Дихаоюань? Оуян Цзин тоже вскипела: — У меня здесь государственное мероприятие! Ли Дакан в гневе произнес: — Меня не интересует – государственные у тебя дела или частные! Пожалуйста, немедленно возвращайся! Пора положить конец нашим делам! Примерно к одиннадцати Оуян Цзин наконец-то вошла в дом. На ее лице был легкий изящный макияж, от нее исходил тонкий аромат духов. Ли Дакан отвернулся; прежнее чувство стыда и угрызения совести исчезли как дым. Кинув дамскую сумочку на диван, Оуян Цзин села перед мужем, глядя на него с оттенком брезгливости. Оуян Цзин знала, о чем он хочет сказать, и, прежде чем он открыл рот, произнесла: — Ли Дакан, если б ты не искал меня, я сама бы нашла тебя! Нам пора положить конец этому браку. Скажу тебе честно, я собираюсь по соглашению досрочно уйти на пенсию и уехать в Лос-Анджелес. Для Ли Дакана это отнюдь не стало неожиданностью: — Я тебя услышал, поэтому я надеюсь, что ты уедешь, лишь завершив процедуру развода. Оуян Цзин с вызовом спросила: — Эти формальности для тебя так важны? Ли Дакан честно признался: — Конечно, важны, я не могу быть «голым чиновником»[37], поэтому лучше уже сделать этот шаг. Оуян Цзин насмешливо улыбнулась: |