Книга Кровавые реки, мясные берега, страница 52 – Кристофер Триана

— Река плоти… мне говорили…

— Ну, если и говорили, это, должно быть, просто для пущей выразительности. Мол, река становится красной там, где живет Речник. А значит, мы близко. Речник, должно быть, живет здесь, да?

Базз покачал головой, словно вытряхивая из нее какие-то мысли.

— Мы зашли слишком далеко, – сказала Лори. – Теперь нельзя поворачивать назад.

— Дальше мы не поплывем. – Базз упрямо греб.

Лори схватила весло обеими руками.

— Остановитесь.

Базз стряхнул ее руки.

— Черт возьми, дамочка! Неужели вы не видите, что мы лезем куда не надо?

Лори вновь схватилась за весло, упершись плечом в грудь Базза. Поддатый, он потерял равновесие и выронил весло. Лодка закачалась, и кровавые воды хлынули через борт.

— Сестрен, лодка истекает кровью, – хихикнула Эбби. Лори поскользнулась на скользкой красной жидкости.

На крови.

Она глянула вверх по течению. Извилистый поток запекшейся крови просачивался сквозь каменные расщелины и катился под упавшими ветками, неся с собой огненные опавшие листья. Они пролетели мимо лодки и затрепетали в воздухе, словно горящие угольки. Лори увидела, как листья взмывают в небо. За завесой грозовых облаков быстро мелькнула розовая вспышка молнии. Эбби рассмеялась и захлопала в ладоши. Лори повернулась к ней, чувствуя, как по телу бежит холодок. Глаза Эбби потемнели так, что белки были практически не видны. Она поджала губы, волосы облепили череп. Сестра выглядела больной, невменяемой, одержимой.

— Мы пришли в гости к Речнику, – сказала она. – И он нас ждет.

Базз снова вскочил.

— Надо убираться отсюда к чертовой матери!

Но они были уже слишком близко. Лори это почувствовала. Это ощущалось во внезапном порыве холодного воздуха, в температуре воды, в запекшейся крови, которой стали воды реки. У этого места была какая-то аура, зловещая и жестокая, такая же насыщенная, как у мужчины, влечение к которому стало теперь для Лори несомненным. Эдмунд Кокс преодолевал время и пространство словно в пузыре темной энергии. Его деяния притягивали всех, кто находился рядом, с силой газового гиганта. И здесь, в этой реке плоти, она чувствовала ту же тьму, насыщенную и живую, пульсирующую, как сердце новорожденного.

Она была так близко. Очень близко.

Базз снова потянулся за веслом. Лори ударила его.

— Мы не поплывем назад! – крикнула она и бросилась на старика. Лодка затряслась. Эбби юркнула за спины дерущихся, наблюдая огромными глазами, как у опоссума. Лори врезала Баззу по губе, а он толкнул ее так сильно, что она чуть не свалилась, едва успев ухватиться за сиденье. Старик схватил весло, оскалив зубы, его лицо исказилось от злости. Он встал на колени и высоко поднял весло, словно собрался месить тесто.

— Я не хочу этого делать, но…

Молния расколола небо. Когда вспышка угасла, мир окрасился в красный и небо стало отражением реки. Теперь осталось только два оттенка: багрянец и мрак. Базз посмотрел вверх. Лори тоже замерла, завороженная. Лес напомнил ей темную комнату, в которой она однажды проявляла фильм – еще до того, как бросила фотографию. Красный цвет был глубоким и непреклонным, не позволял проникать другим цветам. Бушующая гроза казалась потусторонней.

Но Базз по-прежнему сжимал весло.

— Черт, – пробормотал он. Взглянул Лори в глаза, и его лицо вновь исказилось. Та попыталась вспомнить, в каком кармане лежит перцовый баллончик. Судя по блеску в глазах, старик понял, что она сейчас достанет оружие. Поднял весло.