Книга Кровавые реки, мясные берега, страница 54 – Кристофер Триана

Надо избавиться от тела. Она подумала, что Базза лучше бы похоронить, но тогда придется тащить тело в лес. Это опасная, тяжелая авантюра. Здесь слишком суровая местность. Но мысль о том, что он будет плавать с ними дальше, была невыносима. Лори не хотела, чтобы тело оставалось в лодке хоть одну лишнюю секунду.

К тому же она не понимала, как относится к спокойствию Эбби. В каком-то смысле хорошо, что она не впала в истерику: справиться легче. Но паника – хотя бы нормальная реакция (по крайней мере, для Эбби). А теперь она вела себя непривычно, и единственное, что осталось прежним, – сестра гладила кроличью лапку. Ну, хотя бы глаза снова стали как у людей. Все еще темные, но уже далеко не такие жуткие, как тогда, когда река стала кровавой. Лори пыталась убедить себя, что это всего лишь игра света, иллюзия, вызванная тем, что вода стала красной, но даже это покраснение было каким-то потусторонним. Она все с большим трудом верила собственным глазам.

Впереди лежал берег, покрытый черной грязью, – достаточно большой, чтобы причалить. Но Лори не хотела приближаться к нему. Хватило бы одного незамеченного камня, чтобы пробить днище, и тогда они навек застрянут в этих лесах, живя в кошмарном мире, который сами и создали. Если они смогут вывести лодку на мелководье, не придется беспокоиться, что их унесет течением. Даже если лодка опрокинется, когда они будут избавляться от тела Базза. Они пошли вдоль берега, за очередным изгибом вода стала спокойной. Лодка плавно поплыла по течению.

Лори посмотрела на сестру.

— Тебе надо будет мне помочь.

— Я пыталась.

— О чем ты говоришь?

— Я пыталась помочь, Сестрена. Но ты не захотела, чтобы я тебе помогала.

Лори вздохнула. Она была слишком уж на взводе, чтобы терпеть глупости Эбби.

— Эбби, просто помоги перекинуть Базза…

— Мы могли вместе пойти к маме и папе. Я предлагала именно это, помнишь?

По телу Лори пробежала болезненная дрожь.

— Эбби…

— Ты хочешь спихнуть Базза в воду.

Лори не нашлась с ответом. А когда открыла рот, смогла выдавить лишь невнятный лепет.

— Сестрене нравится сталкивать людей в воду. Она заставляет воду краснеть.

На глаза Лори навернулись слезы, а вот лицо Эбби оставалось непроницаемым. Она говорила все это без эмоций, словно диктовала адрес или номер телефона.

Много ли она помнит?

Даже если Эбби была не в состоянии собрать кусочки пазла и восстановить память, какое-то смутное представление у нее все-таки имелось. Она словно видела прошлое в маленькое окошко, открывшееся в сознании. После того падения она несколько дней пролежала в коме, а очнувшись, с трудом смогла назвать свое имя. Эбби ничего не помнила о падении, и Лори придумала историю про оборвавшуюся тарзанку. Она даже залезла на дерево, сорвала заплесневелую веревку (задача оказалась не из легких) и сбросила тарзанку туда, куда упала сестра. От ее крови водоем стал красным, как раскрывающаяся роза. Никто ни разу не усомнился в этой истории, и Эбби так и не вспомнила, как все было на самом деле.

Лори так и не смогла захоронить эти ужасы достаточно глубоко – они все равно всплывали в памяти, – но была уверена, что правду помнит только она. Пит умер, а Эбби после падения повредилась в уме, и никто не знал, какой ужас творила Лори. Это был ее личный ад, которым она делилась только в личных письмах и только с любимым мужчиной. И только чтобы показать ему, что он не злой, а просто поддался зову тьмы, как и она. Лори ведь его не обманывала. В глубине души она вожделела его, сама для себя объясняя растущую любовь простым желанием завоевать доверие Эдмунда. Но их новая крепкая связь была такой же реальной, как некогда проявленная жестокость.