Книга Хрустальные города, страница 70 – Евгения Овчинникова

Дом Максима был ей знаком – розовое отреставрированное пятно в обшарпанном ряду других домов по 6-й Советской. Внутри оказалась красивая парадная, с широкой лестницей, закруглявшейся наверх и вправо. Она была заставлена строительными стремянками, завешена полиэтиленом. На полу выстроились батареи банок с краской.

— Ремонтируют, – сказал Максим. – Тетя выбила, и ремонт фасада – тоже.

Насте вспомнилась медсестра, которую она видела в окнах детской больницы, и она невольно замедлила шаг. Затормозила на пролете, желая развернуться и уйти. Но Максим спустился к ней и повел за руку. Он открыл типичную коммунальную дверь со множеством табличек и звонков.

— Максим! – завопила Катя. Она стояла в прихожей со стопкой тарелок, видимо, несла их в комнату. – И Настя! Мама, теть Галя, Максим и Настя пришли!

Они оказались в самой обычной коммунальной прихожей. Пока стягивали куртки, из ближайшей комнаты выглянула женщина, в которой Настя никогда бы не узнала мать Максима.

— Настя! Как хорошо, что ты пришла, – приветливо сказала она. – Я думала, Максим покажет тебя еще днем.

Настя растерялась от приветствия и, чтобы скрыть смущение, спросила, где можно помыть руки. Катя, успевшая отнести тарелки в комнату, повела ее по длинному коридору, обклеенному столетними обоями, к коммунальному туалету – хилый подтекающий унитаз с желтой полосой, раковина с двумя обмылками – от детского и от хозяйственного мыла. Настя намыливала руки детским, радуясь присутствию Кати, которая за минуту вывалила всю информацию, о которой она постеснялась бы спрашивать.

— Мама приехала на целый месяц и будет искать тут работу. Когда найдет – переедет сюда, и будем жить как раньше. Сурикат на юннатке умер, ты знаешь? Я сегодня первый раз получила три по математике, потому что написала неправильно примеры. Мы на каникулах будем гулять по городу и отдыхать, а тетя будет на дежурствах, потому что в праздники платят больше. Мы сделали салаты и курицу. Ты любишь курицу? Я люблю.

Полотенца в туалете не нашлось, и руки пришлось вытереть об одежду. По коридору на кухню прошла великанша – тетя Галя. Катя тут же забыла о слушательнице и убежала за тетей. Поколебавшись, Настя отправилась следом.

— Так-так-так, что тут у нас? – поцокала языком тетя Галя и открыла духовку.

Из духовки повалил дым, и через секунду сквозняк из форточки разнес по коридору запах жареной курицы с чесноком. Тетя Галя выключила газ и приотворила форточку сильнее – на кухне не было вытяжки.

Под добродушные междометия тети Гали они с Катей помогли расчистить место на столе, чтобы поставить противень, а потом переложить куриные окорочка и половинки картошки в миску с потрескавшимся ободком. Освободившийся противень тетя принялась замачивать в раковине и попросила помощниц отнести курицу в комнату. Катя убежала вперед – открывать дверь, когда Настя осторожно, стараясь не обжечься, несла миску, прихватив ее полотенцем.

В комнате Максим перекладывал одежду с кровати на подоконник. Пока Настя ждала, когда его мама подвинет тарелки, чтобы поставить главное блюдо в центр, он поднял с пола носки, также забросил их на подоконник и прикрыл его шторой.

Комната выглядела убого: заставлена мебелью, отовсюду торчат одежда, одеяла, подушки, видны края постельного белья, книг. Вещи словно хотели свободы и рвались из щелей. Стол придвинули к дивану, который явно служил чьим-то спальным местом.