Книга 220 метров, страница 103 – Евгения Овчинникова

Валентина Афанасьевна выглядела нормально и наливала себе чаю, когда они со следователем без стука вошли в ее комнату. Скрынников не попросил разрешения войти, молча взял стул и приставил его к столу. Михаил искоса взглянул на него. Следователь выглядел вымотанным. Должно быть, на самом деле его достала тупая коммунальная бытовуха. Пьянки, любовники, убитые сестры, разборки. Скоро долгожданный отпуск, а он сидит в этом клоповнике. Михаил обозвал квартиру клоповником, чего с ним раньше не бывало. Вырезанный кусок ковролина лежал грязной стороной вверх. Интересно, куда делись обитавшие под ним тараканы. Наверное, отсиживаются под батареей, чтобы ночью занять более выгодные жилые места. От этих мыслей зачесались руки, потом лицо и голова. Он украдкой почесался.

— Валентина Афанасьевна, можете считать, что мы беседуем сейчас как знакомые. Записи я пока не веду, протокола не составляю. Расскажите, пожалуйста, как так вышло, что ваш муж убил свою сестру. И как с этим связан Иван Вадимович?

Валентина Афанасьевна пожевала губами и с ненавистью посмотрела на Михаила.

— Этот что тут делает? – резко спросила она.

Михаила поразил ее тон. Самая приветливая жительница коммуналки вела себя, словно они были не знакомы.

— Я попросил Михаила помочь мне, – мягко сказал следователь.

— Пусть уйдет, не буду при нем говорить, – отрезала Валентина Афанасьевна.

Скрынников и Михаил переглянулись, затем агент встал и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. Он не удержался и оставил щель миллиметров пять, чтобы подслушать, что хозяйка расскажет следователю, но с другой стороны раздались шаги, и дверь хлопнула, отрезав все звуки.

В домофон позвонили. Это приехали эксперты. Михаил открыл им дверь, оделся и ушел.

Миша испытывал невероятное облегчение, поднимаясь по лестнице в последний раз. Он немного притормозил в пролете между вторым и третьим этажами и задумался. Точно, чуть больше месяца назад он поднимался в коммуналку с похожим настроением.

— Пап, пошли, – потянула его за руку Маша.

— Какая-то парадная ободранная, – брезгливо морщилась Соня.

Миша в последнее время замечал в ней неприятную манерность, которой не было ни у жены, ни у его матери. Наверное, нахваталась в школе. Надо бы поговорить.

— Папа, сколько звонков! – восхитилась Маша, когда он замешкался у двери, доставая ключ.

— Да, и видишь, каждый подписан! – сказал Миша.

Он поднял дочку, и она потрогала пальчиками табличку с фамилией «Захаровы».

В прихожей их встретила темнота и перепалка, в которой Михаил без труда и прямо-таки с любовью узнал Нателлу Валерьевну и другой – мужской и молодой голос. Ссора была, конечно, по поводу выключенной лампочки.

— Привыкли жировать, подмурыжки, а у меня каждая копейка на счету.

— Включите немедленно, Михаил пришел!

Пока Миша, натыкаясь на коробки, искал выключатель, он понял, что голос принадлежит Саше, наследнику Ивана Вадимовича.

— Сучата, подсоски и порножоры, – зашипела Нателла.

— Нателла Валерьевна, я с детьми! – рявкнул Михаил.

Он наконец нащупал выключатель и увидел, что вся прихожая заставлена вещами, готовыми к погрузке. Месяц назад такого не было. Значит, тогда чувствовали, что сделка не состоится. Маша и Соня с интересом рассматривали прихожую и персонажей в ней.