Книга 220 метров, страница 26 – Евгения Овчинникова

— Мне предложили место администратора ресторана.

И они снова переезжали, ресторан оказывался шашлычной при бане, и мама снова была недовольна, потому что баня и шашлык – это некрасиво, неэстетично, ей тут было не место. Ей была уготована другая судьба, в вечном поиске которой она находилась.

Мать никогда не ругала Лену, не придиралась, но держалась отстраненно, и Лена, взрослея, начала подозревать, что матери было бы легче без нее. Наступили девяностые, и маме стало труднее. Без Лены она порхала бы не задумываясь, но Лена все усложняла – болезнями, необходимостью каждый раз устраивать в новую школу. Нужно было столько всего покупать: одежду, учебники, еду, чтобы накормить дочь после школы. Лена никогда не ныла и не жаловалась, старалась быть удобной и незаметной. Хорошо училась, делала все по дому. Но иногда глубокой ночью мама ставила проигрыватель на минимальную громкость и слушала певицу со щеточкой на голове. Она тихо напевала «вояж-вояж» и смотрела в темное окно. Тогда Лена уже знала, что певицу зовут Desireless – в словаре ее псевдоним значил «лишенная желаний», но про себя Лена называла ее «нежеланная».

«Ого, ничего себе», – ответил Костя. «Сочувствую. Ты ее искала? Или полиция?»

«Подавала заявление, но сказали, что загуляла и вернется, и все».

«А сама искала? По друзьям?»

«Видел бы ты, какие у нее были тогда друзья», – написала Лена, но потом стерла и отправила: «Искала, конечно».

«Слушай, я ни разу не был в Петербурге. Пока еще в отпуске, может, приеду, покажешь город?»

Утро началось в семь часов со звонка следователя.

— Доброе утро! Михаил Сергеевич? – спросил бодрый голос в трубке.

Получив утвердительный ответ, голос продолжил:

— Следственный комитет, лейтенант Игорь Вячеславович Скрынников. Я буду вести дело.

— М-м-мугу, – промычал в ответ Миша.

Лена подняла голову с подушки и посмотрела на мужа. Михаил кивнул ей, взял халат и вышел из спальни, притворив дверь. Он был зол на лейтенанта Скрынникова за ранний звонок.

— Вы по поводу трупа на 5-й Советской? – спросил он.

— Да, разумеется, – ответил Скрынников. – Хотел уточнить по жильцам.

— Кого именно вам надо? Там десять комнат, – ответил Михаил. Он дошел до кухни и поставил чайник на плиту.

— Ого, – бросил собеседник. Он, видимо, задумался, потому что несколько секунд молчал. – У вас вчера был участковый?

— Да, – ответил Михаил. – Обозвал жильцов синяками.

Скрынников рассмеялся:

— Участковые – они такие.

— Еще были следователи из вашего комитета, эксперты и фотограф, – добавил Михаил.

— Да-да, спасибо, это мои коллеги, я знаю, какая работа была проделана. Просто участковый – не наше ведомство, поэтому уточнил. Вчера расследование передали мне. Мне бы в ближайшее время осмотреть этот ваш разрез и познакомиться с контингентом. Нателла Валерьевна, в комнате которой обнаружено тело, не отвечает…

— Она не принимает звонки с незнакомых номеров, – ответил Михаил. – Эта квартира вообще… специфическая. Давайте я подойду и сам все вам покажу? Примерно через полчаса, – предложил Михаил.

— Отлично. Буду ждать вас у парадной, – ответил Скрынников.

— Вы на машине или пешком? Там есть парковка со стороны собора, а если проехать по 5-й Советской, то… – привычно начал Михаил, но следователь его перебил: