Книга Янтч, страница 26 – Майлз Нортон

На день рождения Лара подарила ему елочку, которую она сделала из кофейных зерен. Она обжигала их обычной зажигалкой и склеивала ровным слоем. Ее руки были постоянно в ожогах. В основании модели было выгравировано: «Время – единственная система, которую нельзя взломать». Когда Джон получил подарок, внутри него сошла лавина мурашек. Он впервые ощущал такое теплое отношение к себе.

Однажды ночью в чате с Ларой:

Джон: «Я тебя люблю»

(Отправлено, но не прочитано.)

(Он тут же хватает телефон, тычется пальцем в экран, будто пытается физически выдрать слова из чата. Нелепо. Бесполезно. Две синие галочки – как пули, уже вошедшие в грудь.)

Лара (онлайн): «Ого» (читает). Внутри нее всё съеживается. Последний раз она читала эти три слова от другого парня. Он ее бросил, а она его любила и верила, что он вернется к ней. Прошло три года. Она никого не подпускала к себе с тех пор.

В голове Лары: «Но Джон?! Он же другой. С ним так хорошо… Он чувствует меня. Нет. Я не могу его любить. Он вернется. Он одумается. А тут Джон. Какой бы он ни был хороший, он не Грегори. Я сделаю ему очень больно. Нельзя».

Лара: «Ты сейчас серьезно? В три ночи? Прямо в наш рабочий чат, где вчера я тебе писала: “Не забудь протестировать бэкапы”?»

(Набирает…)

(Джон чувствует, как по спине ползет холодный пот. Он уже представляет, как она закатывает глаза – так же, как тогда, когда он впервые показал ей свой код без комментариев.)

Лара: «Ладно. Раз уж пошла такая пьянка…»

(Пауза)

«Ты мне нравишься… Но я не готова к отношениям – у меня аллергия на эмоциональные dependency errors».

(Джон фыркает. Черт возьми, даже сейчас она шутит. Это хуже, чем жалость.)

Джон: «Забудь. Это глюк».

Лара: «Глюк – это когда у тебя „Segmentation fault“ в душе. А это – чистейший undefined behavior». (Ставит смайлик с ухмылкой.)

«Эй! Ты всё еще мой любимый дебаггер. Не исчезай, ладно?»

Он не отвечает. Через минуту ее аватарка меняется – вместо их старого фото с хакатона теперь мем с грустным роботом…

Джон зашел в ванную и, сев на пол, смотрел в выключенный телефон. Ему казалось, что в этом мире нет человека, способного его понять. Точнее он был. Но теперь его нет.

(Джон всматривается в зеркало. Тень движется странно. Он медленно наклоняет голову – отражение остается на месте. Голос звучит не в ушах, а прямо в костях.)

Отражение (шепотом, почти ласково):

— Я могу избавить тебя и от этого…

Джон (выдыхает, но голос не слушается – звучит хрипло):

— От… чего именно?

(В зеркале его лицо вдруг меняется – становится мягче, моложе. Как в тот день на кладбище.)

Отражение:

— От этой гнили внутри. (Пауза. Зеркало запотевает, хотя вода не включена.) Помнишь, как тогда? Всё стало… тихо, спокойно…

(Джон чувствует, как по спине бегут мурашки. В груди – пустота, будто кто-то выдрал нерв.)

Джон (шёпотом, как молитву):

— Что… нужно сделать?

Отражение (улыбается – слишком широко, как удав перед захватом жертвы):

— Ничего. Просто… перестань сопротивляться.

(Джон закрывает глаза. В последний момент видит, как его отражение тянется к нему – но не из зеркала… а из темноты за спиной.)

Путь от ванны до кровати для Джона был тяжелым. Он был полностью обессиленным. Стоило только добраться до кровати, как он быстро уснул.

На следующий день Джон проснулся с одной мыслью: ему нужна работа. Чтобы сбежать от одиночества, от боли отказа Лары. Он взял газету, обвел несколько вариантов карандашом. За несколько часов поисков удалось созвониться, уточнить детали и договориться о собеседовании.