Книга Возвращение Гетер, страница 231 – Алексей Небоходов

Двусмысленная интонация, с которой это было сказано, заставила Олега стиснуть кулаки. Он с трудом удержался от желания схватить эту разряженную старуху за горло и трясти до тех пор, пока она не скажет, где Лена.

Марина легонько подтолкнула его в спину, направляя внутрь. Олег ступил в прихожую — просторную, высокую, с зеркалом в резной раме и старинной вешалкой, на которой висело несколько дорогих пальто и шуб, недоступных простым советским гражданам. Его потрёпанные ботинки неловко шаркнули по тёмному паркету, оставив влажный след на геометрическом узоре дорогого дерева.

Подойдя вплотную, Марина помогла ему снять верхнюю одежду движениями опытной гардеробщицы.

— Не делай глупостей, — негромко сказала она, принимая его потёртую куртку с преувеличенной аккуратностью. — Здесь не место для сцен. Я помогу, но ты должен играть по правилам.

Он хотел ответить, но она уже отвернулась, повесила куртку на плечики и жестом пригласила следовать за собой. Арина Капитоновна исчезла где-то в глубине квартиры, оставив их вдвоём.

Из-за портьеры в конце коридора доносилась приглушённая музыка — нечто классическое, с виолончелью, знакомое Олегу по занятиям в институте. Голоса — мужские и женские, сдержанно-весёлые, с интонацией людей, умеющих скрывать истинные намерения за светской беседой.

Марина двигалась перед ним бесшумно, уверенно, контролируя каждый шаг, а он шёл следом и чувствовал себя нелепо в своём заношенном свитере среди этой музейной роскоши.

— Где Лена? — вполголоса спросил он, когда они оказались в небольшой боковой комнате, служившей буфетной.

Не оборачиваясь, она ответила:

— Не здесь. Но я знаю, где. Сыграй свою роль, и я всё расскажу.

Протянула ему рюмку с коньяком — французским, выдержанным, из тех, что простому человеку и не снились.

— Пей, — скомандовала Марина. — Нужно выглядеть естественно.

Олег взял рюмку, но пить не стал.

— Я не уйду без Лены, — сказал он с угрюмой решимостью.

— А я и не предлагаю тебе уходить, — в её взоре мелькнуло что-то, похожее на усмешку. — Но если ты сейчас устроишь скандал, то навредишь и себе, и ей. Поверь, я знаю, о чём говорю.

Отпив из своей рюмки, Марина слегка поморщилась — её напиток был безалкогольным. Затем кивнула в сторону портьеры, из-за которой доносилась музыка:

— Идём. Не отставай и не заговаривай первым, только отвечай, если спросят. Ты — рекомендованный клиент, пришедший на первое знакомство. Дай мне вести игру.

Не дожидаясь ответа, она двинулась вперёд, и Олег последовал за ней, сжимая рюмку побелевшими пальцами. Голова кружилась от тревоги и злости.

Гостиная оказалась огромной — лепнина на высоком потолке, тяжёлые портьеры на окнах, приглушённый свет торшеров и бра, в котором тонули углы и скрадывались лица. Мебель — диваны и кресла с гнутыми ножками, инкрустированные столики, буфет с хрусталём — была подлинной, дореволюционной.

По комнате были рассредоточены несколько небольших групп гостей. На диване у окна молодая рыжеволосая девушка оживлённо что-то рассказывала двум мужчинам в костюмах — обоим за пятьдесят, с залысинами, с повадками людей, привыкших распоряжаться. В углу хрупкая блондинка склонилась над шахматной доской, играя партию с седовласым мужчиной в толстых очках. Третья девушка — смуглая, с тяжёлыми золотыми серьгами — разливала чай из серебряного самовара у камина, где потрескивали поленья.