Книга Сокровища, страница 28 – Евгения Овчинникова

— Сколько? – спросил дядя.

— Договоримся, – неопределенно ответил мужчина. Он отвернулся и сплюнул через дырку в зубах. – Поехали? Машина за углом. Закинем доски и обратно.

— Далеко?

— Да тут рядом.

Дядя стянул через голову фартук, в котором работал в сарае.

— Ладно, поехали, но если плохие – не возьму.

Он повесил фартук на калитку и вышел, оставив калитку приоткрытой. Ася, пользуясь моментом, тихо закрыла калитку с обратной стороны и скользила следом за дядей и наколотым.

Дошли до конца улицы, и наколотый протяжно свистнул. С грохотом завелся и выехал из кустов грузовик с железными бортами.

— Давай в кабину, я в кузов, – сказал наколотый. Он схватился за край борта, поставил ногу на колесо и ловко перевалился через борт. Раз – и нет.

Дядя полез в кабину и заметил Асю.

— А ты куда? А ну, марш домой!

— За сараями? – Ася сделала вид, что испугалась. Дорога за сараями была безлюдной, Асе запрещалось здесь ходить.

— Давай быстрее, не пали контору, – раздался из кузова голос наколотого.

— Ладно, давай залезай, – сказал дядя.

Он подал Асе руку и помог ей забраться по высоким ступенькам. Ася устроилась на сиденье и, чтобы освободить место для дяди, придвинулась ближе к водителю и почти коснулась коленом рычага передач.

— Здравствуйте, – сказала она водителю.

— Здравствуй, краса, – ответил водитель, который, как и первый гость, был покрыт наколками. На его шее было выбито «Оля». Он улыбался, показывая передние железные зубы.

Дядя Миша захлопнул дверь, и грузовик свернул на тропинку, идущую вдоль речки. Чтобы никто не увидел, догадалась Ася. Так, виляя и ухая в ямы, доехали почти до мостика и пляжа и остановились у кустов. Машину заглушили, и водитель выпрыгнул из кабины. Выпрыгнул из кузова и наколотый. Дядя и Ася тоже полезли из кабины, но водитель их остановил:

— Сидите, без вас быстрее покидаем.

Голос у него был хриплый, рокочущий, как будто говорил не человек, а сам старый грузовик обрел голос. Он сунул указательный и большой пальцы в рот и свистнул. Кусты неподалеку зашевелились, и из них выглянул третий наколотый. Как на подбор, решила Ася. Бортик кузова со стороны третьего наколотого откинули, и втроем они (и в самом деле быстро) стали бросать в кузов доски. Дядя Миша и Ася смотрели в заднее окно кабины.

— Хорошие, – сказал дядя.

Доски были не новые, с дырками от гвоздей, но все равно лучше, чем трухлявые деревяшки сенника. Они были разной ширины и длины, некоторые с остатками выцветшей голубой краски.

— Чью-то беседку разобрали, – грустно сказал дядя. – Не хватит на сенник.

— Может, ну их тогда? – спросила Ася, у которой в груди появилось и трепетало неприятное чувство.

Снаружи забросили последнюю доску и закрыли борт. Наколотый забрался в кузов. Водитель уселся на свое место, завел грузовик и стал разворачиваться. Пятачок, на котором грузились, был такой маленький, что разворачиваться пришлось в семь (Ася посчитала) приемов. Машина, заметно осевшая и потяжелевшая, поехала обратно, еще больше припадая на ямах.

Но как только машина выехала на дорогу, невдалеке раздался рев мотоцикла, и спустя секунду они услышали громкий свисток.

— Ай-ай-ай, ментяра! – цокнул языком водитель. Он остановил машину и оскалился, глядя в зеркало заднего вида, как к ним на мотоцикле с люлькой подъезжает и тормозит милиционер.