Книга Сокровища, страница 79 – Евгения Овчинникова

Второй тост произнесла тетя Маша, третий – мама. Ася выпила четыре стакана лимонада. После третьего тоста стали говорить громче, смеяться веселее. Мужчины вышли покурить на улицу. Таня и Саша все еще не смотрели друг на друга, но сидели уже в менее напряженных позах. Василий Иванович подсел к бабушке, называл ее «мать».

— Я своих пятерых из Китая везла…

— Откуда?

— Трехречье, Драгоценка. Слыхал?

— Не слышал. И вы одна с детьми?

— Муж у меня молодой помер. Приехали сначала в Сибирь, потом сюда.

— А из Китая почему уехали?

— Наш образованный, – говорила подвыпившая мать Саши тете Маше. – Факультет электротехники. На работу с руками отрывают.

— Наша тоже не промах, – перебивала ее тоже подвыпившая тетя. – Филология, диплом с отличием. Учит читать за две недели.

— Зачем за две недели?

— Приезжих. Ингушей всех выучила. Казахов из аулов. Репетиторство берет.

— Мария Петровна сама – народный учитель республики, – вставила мама.

— Ой, ладно, что уж, – махала рукой тетя в то время, как остальные говорили восхищенные «ого» и «ничего себе».

Выпили за родителей, за дедов и бабок. Выпили за любовь и за молодость. Дядя Вова, который сидел рядом с мамой, произнес длинный тост о пользе образования и как оно меняет молодых людей и остальной мир.

— Интеллихентный, – вполголоса одобрила бабушка.

Выпили за образование и образованных людей. Снова вышли курить. В зале и на кухне суетились – меняли тарелки, докладывали еду. В предбаннике разливали коньяк в опустевшие бутылки и графины.

Во дворе мелкие девчонки нашли гнездо клопов-солдатиков и закрывали им ходы.

— Ася, ты покажи им что-нибудь. Девочки совсем маленькие, скучно им, – попросила мама.

— Идемте, что-то вам покажу, – сказала Ася девочкам и повела их в сарай.

Во дворе прямо посередине, словно все время ждал ее, стоял Премерзкий.

— Подождите, сейчас я с ним разберусь, – сказала Ася, взяла прислоненные к сараю грабли и с замирающим сердцем, но ловко, поддавая по индюшачьему заду, загнала Премерзкого в сарай и там – в опустевший загон свиньи. Премерзкий так растерялся от невесть откуда взявшейся смелости Аси, что зашел в загон и стал раздуваться, только когда Ася закрыла калитку на щеколду.

Девчонки с уважением смотрели на нее.

— Индюк вредный, – сказала Ася. – Кидается. Приходится запирать, а то клюнет.

Перегнувшись через край короба для корма, Ася нашарила коробку с сокровищами. Они с девочками ушли в сенник, разлеглись на самом верху, на мягком и колком стоге, и там Ася показала им чертика, перстень, резинку, картонку с кошкой и календарик с Ясмин. Девчонки перебирали в руках Асины сокровища. Девчонки были мелкие, худенькие и какие-то прозрачные. Хотелось то ли накормить их, то ли пожалеть.

— Хотите, подарю? – неожиданно для себя предложила Ася.

— Хотим, – восхищенная Асиной щедростью, ответила старшая.

И Ася своими руками повязала на хвост младшей пушистую красную резинку, которую раньше мечтала надеть в школу на первое сентября. А старшая взяла себе картинку с котиком и иероглифом, и видя, с каким восторгом она разглядывает котика, Ася перестала жалеть о своей неожиданной щедрости. Остатки сокровищ они вернули на место.

Во двор сарая вошла делегация мужчин во главе с дядей Мишей. Они закурили, и дядя стал рассказывать о своей вечной дилемме: