Книга Красные чернила смерти, страница 115 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

— Тогда другой вопрос. – Сончхоль, скрестив руки на груди, пристально посмотрел на Ханыля. – Зачем ты так хочешь вернуться в мир людей? Духи обычно не рвутся туда ни за чем хорошим.

— Я же сказал: у меня есть незаконченное дело, – процедил Ханыль. – Это что, допрос? Сам-то зачем хочешь вернуться?

— Я хочу продолжить жить, – напомнил Сончхоль.

— Лучше бы уже смирился со смертью.

— Айщ! Давайте не тратить время! Заканчивайте с препирательствами, – велела я. – Сейчас нам необходимо понять, кто этот злой дух и как можно его прогнать.

— Как его можно прогнать – вопрос явно не ко мне, – изогнул бровь Ханыль.

— Но ты должен помочь нам понять, кто стал духом, – сказала я.

— Точно, нуна, ты же сказала, что видела этого… кысынсэ, правильно? – вспомнил вдруг Сончхоль. – То есть знаешь, как он выглядит. Это может нам помочь!

— Ты видела того духа? – напряженно переспросил Ханыль, но я его проигнорировала, обратившись к Сончхолю:

— Да, действительно! Правда, надо еще понять, как именно это использовать. А также решить, как мы будем его изгонять.

— Думаю, стоит для начала посмотреть на место трагедии или на дом жертвы, – предположил Сончхоль. – Чаще всего духов в мире людей держит что-то помимо одних лишь чувств.

— Какой-то важный для них предмет? – Я кивнула. – Да, вполне возможно. Но вероятность того, что дух не уходит только из-за обиды и жажды мести, остается. Или у него, как и у нашего психа, тоже есть какое-то незаконченное дело.

— Эй, следи за словами. Я не ваш псих, зомби, – раздраженно отозвался Ханыль.

— Чей-то еще? – уточнила я, и он закатил глаза. – Ладно, могу звать тебя жнецом.

— Что? С чего бы это? – Видимо, Ханыль так удивился, что даже забыл возмутиться.

— Только я попала в мир духов, как ты сразу же попытался забрать мою душу, – объяснила я. – Или тебе больше нравится «псих»?

— Мне больше нравится мое имя, – фыркнул Ханыль. – Но выбирай что хочешь, зомби. Я просто надеюсь, ты не будешь ко мне обращаться.

— Так что там с жертвами? – поспешно спросил Сончхоль, явно надеясь успеть со своим вопросом до того, как мы с Ханылем вновь примемся ругаться. – Можешь помочь сократить круг поисков?

Еще пару мгновений Ханыль не сводил с меня острого взгляда, который я, впрочем, с легкостью выдерживала, а затем повернулся к Сончхолю и нехотя кивнул:

— Да, могу. Ты упомянул, что зомби видела того духа. Пусть опишет его внешность. Я более или менее четко помню фото погибших – возможно, узнаю того, кто был здесь недавно.

— Помнишь фото всех погибших? – задумчиво переспросила Нахи. – А ты действительно серьезно отнесся к делу.

— Слишком часто видел эти фото, когда… – Ханыль осекся и тряхнул головой. – Неважно… Так как выглядел тот дух?

Я вздрогнула, стоило восстановить в мыслях образ существа, которое я заметила неподалеку от места убийства… вернее, вынужденного самоубийства. И напугало меня даже не то, как смерть его изменила, а выражение его лица, чувства, горевшие в единственном глазу. Это была чистая ненависть и неприкрытая ярость, искрящаяся, как оголенный провод.

— Он был молод, наверное, не старше тридцати. Среднего роста. Волосы у него были короткими, на лице щетина, лицо очень бледное. Глаза… – Я вздрогнула. – Глаз у него был только один, полностью черный. Черты лица…