Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 2, страница 135 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

— Как хотите. – Я, развернувшись, быстро зашагала в сторону пустого магазинчика. При этом оставаясь начеку.

Вскоре мы оказались на той улице, которую я в самом начале осматривала вместе с Араи и Хасэгавой. Еще пара минут, и между полуразвалившейся лавкой с куклами и более целым магазинчиком с бумажными фонарями показался голый прилавок. Внутри ничего не было, лишь валялись несколько пустых кривых ящиков и мешков.

— Места мало, всем вместе лучше не заходить, чтобы… не быть друг к другу слишком близко, – сказала Йоко.

Я кивнула:

— Я осмотрю прилавок. Кто-то пусть поищет внутри.

— Давайте я, – вызвался Ивасаки и зашел в магазинчик.

Я вошла следом. Провела рукой по плохо обструганной доске прилавка, чудом не получив заноз. Внимательно осмотрела пол, но света было слишком мало, и мне пришлось обшарить прилавок руками, перепачкав их в грязи и пыли.

— Пока ничего, – произнес Ивасаки за моей спиной, и я услышала, как что-то упало.

— У меня тоже, – откликнулась я и принялась осматривать ящики, расставленные поблизости. Ничего. Ничего. Снова ничего, лишь плел паутину паук. По коже пробежала дрожь отвращения, когда я вспомнила логово Дзёрогумо и множество подчиняющихся ей восьмилапых существ.

— Проклятье, – пробормотала я. – Не хватало еще заработать тут арахнофобию…

От нахлынувшей волны раздражения я дернула на себя очередной ящик и услышала тихий звон. В душе вспыхнула искра надежды, и я заглянула внутрь, но ящичек оказался пуст. Я встряхнула его и снова услышала тихий звон. Тогда я перевернула ящик вверх дном и снова потрясла им. На пол у моих ног упала тонкая квадратная доска, а сразу за ней – небольшой мешочек.

— Нашла, – громко сказала я, встав на ноги и приподняв найденный мешочек.

— Отлично! – отозвался Ивасаки и быстро поднялся, ударившись локтем об один из шкафов. – Проклятье…

Он подошел ближе, держась за локоть, но затем поспешно шагнул назад. Остальные ждали с внешней стороны прилавка, разве что Сиратори осталась стоять на противоположной стороне улицы, подальше от всех нас, и нервно озиралась.

Я высыпала на ладонь монеты, а затем разложила их на прилавке. На всякий случай осмотрела сам мешочек: на старой темно-серой ткани не было ничего. Но вот внутри оказался зацепившийся за складки обрывок бумаги.

— Здесь есть что-то еще, – тихо сказала я.

Развернув бумажку, я увидела кривые иероглифы и вслух прочитала:

— «Один за другим опадают лепестки махровой сакуры, порхая на ветру»^[61].

— Ставки растут, – улыбнулся Хасэгава. – Теперь нам нужно найти монеты по сто иен? Или банкноты в тысячу?

Ивасаки взял несколько монет и посмотрел на них поближе. Положив на место, взял несколько следующих и, рассмотрев их, швырнул за головы остальных.

— Что…

Не успел вопрос сорваться с моих губ, как я все поняла и хотела было отшатнуться, но места для маневра за прилавком было мало, да и я потратила пару лишних секунд, ошеломленно провожая наш выигрыш взглядом. Потеряла бдительность.

Ивасаки, вернее, ёкай внутри него, времени не терял и, сделав еще один широкий шаг, схватил меня за горло. Я глубоко вдохнула, пытаясь запастись воздухом, но впустую. Сильная хватка полностью перекрыла мне доступ к кислороду. Я захрипела и вцепилась ногтями в пальцы Ивасаки, пытаясь оторвать их от себя.