Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 3, страница 211 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

Пробежав вверх по переулку, мы свернули за угол, и скрутивший все мои внутренности в тугой узел страх стал отступать.

Но внезапно из бокового пространства между домами выскочили еще четверо хидаругами, отрезав меня от Ивасаки, Йоко, Эмири и Хасэгавы. Один из ёкаев бросился в мою сторону, а остальные – в сторону моих друзей.

— Хината-тян! – испуганно крикнула Йоко, но путь ко мне ей преградили три озлобленных существа.

Я не стала доставать кинжал и даже пытаться отбиться от хидаругами. Понимая, что оказалась меж двух огней, я предпочла побежать в обратную сторону, надеясь, что встречусь с Кадзуо и он мне поможет.

Рванув вниз по переулку, я повернула за угол, и вдруг меня вновь охватила пугающая слабость. Она, попав мне в кровь, быстро растеклась по всему телу, вызывая онемение в и без того уставших мышцах. Живот пронзила боль, и я, зажмурившись, споткнулась, едва не упав.

И вдруг чьи-то руки крепко схватили меня за предплечья и дернули в сторону. Вслед за слабостью я ощутила ужас, но, распахнув глаза, увидела, как бросившийся вперед хидаругами пролетел мимо меня и упал на землю.

Все еще ощущая на своих плечах чьи-то пальцы, я резко оглянулась, намереваясь вытащить кинжал, но тут же застыла. Удивление впилось в меня сотней иголок, а затем сменилось облегчением, которое почти мгновенно перекрыла боль.

Я увидела Араи, который, отпустив меня, стремительно приблизился к поднимающемуся на ноги ёкаю и свернул тому шею. Отряхнув руки, Араи поморщился и, обернувшись, внимательно меня осмотрел.

Я словно очнулась и, пробившись сквозь поднявшиеся в душе радость, печаль, боль и страх, быстро проговорила:

— Со мной все в порядке! – И, опомнившись, добавила: – Спасибо, Араи-сенсей.

— Не за что, – пожал плечами он.

— Как… как вы здесь оказались?

Араи окинул меня странным взглядом, но затем смягчился.

— А ты как думаешь? Вас искал. Нашел горящее традиционное здание и был уверен, что вы окажетесь где-то поблизости. – В голосе Араи послышалось веселье, но затем лицо его помрачнело. – Прости, что задержался. И… что во время нашего последнего с тобой разговора был настолько… груб. Просто… это оказалось слишком тяжело. И внезапно. Переполняющие меня обида и ненависть вышли из-под контроля.

— Вам не за что извиняться! – поспешно ответила я, сама чувствуя вину. – Я понимаю. Точнее, я, конечно, не могу понять полностью, ведь вы пережили… такое. Но даже так… я понимаю.

Я поняла, что запуталась в собственных словах. Я действительно не могла даже представить, что именно чувствует Араи. В моей жизни случались страшные вещи, но то, что произошло с Араи… Что может твориться в душе у человека, который не только потерял брата, но и был обвинен в его убийстве, а затем погиб сам? То есть он уже даже и не человек…

И теперь встретил того, из-за кого все это началось.

Мое сердце снова сковала боль, но на этот раз ёкаи были ни при чем.

Араи печально улыбнулся:

— Спасибо, Хината-тян. Но все равно… мне жаль, что я оставил вас. И я очень рад, что в мое отсутствие с тобой ничего не произошло. Вернее, что после произошедшего ты все еще жива, – добавил он, а затем в его глазах вспыхнула тревога. – Где остальные? Как они?

Радость от встречи с Араи мгновенно испарилась от вспыхнувшего волнения. Я не знала, ни что с Кадзуо, ни что с остальными, и хотела было рвануть обратно к друзьям, как услышала свое имя.