Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 3, страница 86 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

— Кадзуо! – испуганно воскликнула я и поспешила к нему, но он уже успел встать.

— Уходим! – велел Хасэгава и, посмотрев на меня, добавил: – Помоги ей!

Я подставила ослабевшей Кодзиме плечо, а с другой стороны ее поддержала подоспевшая Йоко. Хасэгава тем временем помог Кадзуо поднять Сатакэ.

— Скорее, пока он не напал снова, – нервно поторопила Йоко, не отрывая встревоженного взгляда от ожившего котла, который пока лишь наблюдал, то ли выжидая, то ли передумав нас убивать.

Не испытывая ни малейшего желания проверять замыслы ёкая, мы торопливо покинули кухню и, как и говорила Йоко, оказались в кладовой.

— Когда мы были на кухне, не видели этого ёкая, – вспомнила Йоко и вздрогнула. – Только воина из разбитой посуды и ту улыбающуюся бутылку из-под саке…

Я огляделась. Кладовая оказалась небольшой, но спокойно вмещала нас шестерых. Отчасти потому, что припасов в рёкане почти не было, хотя я заметила в стороне мешки с рисом и закрытые коробки, от которых тянулись запахи гниения и плесени.

— Спасибо, – выдохнула Кодзима.

Поняв, что она уже увереннее стоит на ногах, я ее отпустила. Кодзима сразу же перевела взгляд на Сатакэ, которого Хасэгава с Кадзуо посадили у стены, и встревоженно нахмурила брови.

— Он жив, – тут же успокоила Кодзиму Йоко.

— Но без сознания, – отметила та, и ее голос дрогнул. Кодзима тряхнула головой. – Поэтому нужно как можно скорее закончить кайдан.

Ее тон стал более деловым, и она внимательно посмотрела сначала на Кадзуо и Хасэгаву, а затем – на меня и Йоко.

— Вы что-нибудь обнаружили? Нашли зеркало?

Судя по всему, Кодзима и Сатакэ тоже считали, что нам нужно отыскать именно его.

— Пока нет, – отозвался Кадзуо. – Но мне кажется, требуется найти не просто зеркало, а унгайкё.

— Да, ты его уже упоминал, – кивнула Йоко. – Что это за ёкай? Чем он может нам помочь?

— Это зеркало может показать суть того, кто в него заглянет. А в начале истории нам сказали не только про зеркало, но и что правда о себе может кого-то погубить. Вероятно, речь как раз об ао-нёбо и унгайкё, – объяснил Кадзуо.

— Тогда это зеркало точно должно быть где-то в доме и не на видном месте, чтобы не попасться на глаза ни героям кайдана, ни самой ао-нёбо, – нахмурилась Йоко.

Кодзима поджала губы и задумалась.

Сейчас ёкаев рядом не было, и мы наконец могли поразмыслить над тем, где же стоит искать унгайкё. Но сосредоточиться, несмотря на хрупкое ощущение безопасности, все равно было сложно. Я не могла отделаться от чувства, что в любой момент на нас вновь может накинуться какая-нибудь взбесившаяся простыня. Но больше всего я боялась за жизни Эмири, Ивасаки и Араи. Они сбежали от ао-нёбо, но могли столкнуться с очередными смертельно опасными цукумогами.

— Унгайкё… – задумчиво протянул Хасэгава, склонив голову набок.

Йоко хмуро смотрела в одну точку. Кадзуо скрестил руки на груди и стоял чуть в стороне, погруженный в свои мысли.

— Унгайкё не может быть спрятано просто где-то. Нас бы не заставили заглядывать в каждый ящик и под каждый футон. Должна быть подсказка.

Да, но и слова про зеркало, и про самопознание, и про ложь мы уже разобрали. Что еще остается? В чем из этого может быть скрыта подсказка?

Мои размышления прервало потяжелевшее дыхание Йоко. Я тут же обернулась к ней и увидела, что она, побледнев, прижимала к груди кулак и морщилась от боли.