Книга Роза и Терновник, страница 26 – Алла Касперович

Не было сомнений, что подстроить смерть графини попытались в последние несколько дней, пока самого графа дома не было. Вряд ли это кто-то из обитателей Эррингтон-парка. Никто из них не был знаком с Розой, да и причин убивать её ни у кого не было. Что слугам до гибели графини? Единственной, кто появился в доме недавно, была горничная Мэри Везер, но уж ей и подавно незачем было её убивать. Майкл мало что о ней знал – как, собственно, и о местных обитателях, – но Роза вроде бы провела с ней несколько лет. Нужно будет повнимательнее за ней понаблюдать, а наблюдать он умел.

Но не оставлять же всё так! Руки чесались наказать виновного! Как кто-то посмел покуситься на жизнь его Розы?! Он просто обязан выяснить, кто это! Выяснить и…

Внезапно Майкл поймал свой взгляд в зеркале и моргнул – глаза его светились ярко-синим пламенем. Нужно быть сдержаннее, чтобы не выдать себя. Чтобы не пугать свою Розу.

Ещё раз перепроверив спальню графини и не найдя больше ничего подозрительного, он вернулся к себе, но сперва постучал.

— Войдите…

Слишком уж слабым показался ему голос Розы. И Майкл прочувствовал, что такое страх, страх за того, кто тебе дорог.

Болела Розамунд редко, в отличие от довольно хилой и хрупкой кузины Вайолет. Иногда казалось, что её зря так назвали[1]. Если бы ей дали более сильное имя, то она, возможно, не проводила бы большую часть времени в постели. С другой стороны, к ней и спрос был меньше, её не заставляли становиться идеальной леди, её не била по рукам гувернантка, и уж тем более её никто не лишал ужина, если модистка вдруг пожалуется опекуну, что талия у неё чуточку раздалась.

И всё же быть на месте Вайолет Розамунд всё равно не хотела бы. Что за радость весь день лежать в постели и пить чай с молоком и мёдом? Против чая она ничего не имела, но отлёживать бока терпеть не могла. Даже наедине с собой было чем заняться, так зачем же тратить драгоценное время настолько бессмысленно?

Однако сейчас Розамунд как раз и была вынуждена лежать на огромной, а от того довольно неуютной, постели и стараться как можно меньше двигаться. Во всяком случае, так велел врач, прибывший в Эррингтон-парк намного раньше, чем его ожидали. Так уж вышло, что он и сам ехал в поместье, чтобы засвидетельствовать своё почтение графу и поздравить того с женитьбой.

Доктор Эндрюс Розамунд не понравился, слишком уж у него бегали глазки, седые и чрезмерно длинные волосы были засалены и явно давно не чёсаны, а руки тряслись, но последнее можно было списать на то, что он только-только вернулся из родных мест, где и сам присутствовал на свадьбе. И судя по всему, хорошенечко там налегал на херес или джин, а может, и всё вместе. Впрочем, ни у одного врача не было и шанса ей хоть сколько-нибудь понравиться.

— Побольше отдыхайте, миледи, – наставлял он, но обращался скорее не к ней, а к стоявшему около кровати графу. – Несколько дней я бы посоветовал вам не покидать постель. Если что, посылайте за мной. Но думаю, что всё будет в порядке.

Майкл кивнул, но не сказать, что выглядел успокоенным – слишком уж бледна была Розамунд, румянец окончательно покинул её щёки, а под глазами залегли тени.

— Благодарю, доктор Эндрюс.

— Всегда рад услужить, Ваша Светлость, – закивал он, сложил ладони домиком, застучал подушечками пальцев друг о друга и выразительно при этом посмотрел на графа.