Книга Горе-волшебник, страница 19 – Алла Касперович

— Чего зубы скалишь, недоумок?! — завопил старик. — Да я тебя сейчас…

— Уважаемый Старший волшебник Корнелиус! — перебил его Норвус, загородив меня собой, и снова поклонился. — Это внук Верховного волшебника Корвиуса.

А мне стало еще веселее: маленький старичок так подпрыгнул на своем месте, что с его головы свалилась шапка. Сам же он сначала побледнел, потом покраснел, а после вообще весь пятнистый стал. И тут меня по макушке кто-то огрел, да так, что аж зубы лязгнули! Я обернулся, но никого не увидел. Да я поклясться мог, что это была моя бабка. Уж ее-то руку я точно где угодно узнаю. Только вот бабуля ж дома осталась…

— А… ясно… внук Корвиуса, значит. Э… мальчик…

— Марвус, Старший волшебник Корнелиус, — подсказал я. А вдруг бабуля и правда тут? Иногда я думаю, что она вообще всемогущая.

— Марвус, значит, — кашлянул старик и снова нахлобучил шапку. — Ладно, Марвус, проходи, садись.

Я то, конечно, прошел, только вот куда садиться?

— Он не видит, — сказал Норвус.

— А, точно. Он же вы… То есть, сейчас.

Передо мной появился высокий стул с такой же ярко-синей обивкой, как и у кресла Корнелиуса. Мне показалось, или старикан хрюкнул?

— Садись.

— Да, Старший волшебник Корнелиус

Пока я карабкался на этот стул, старикашка здорово повеселился. Он даже на своем кресле привстал, чтобы все хорошо разглядеть. Уселся я хорошо, но вот ноги до пола не доставали.

— Кхм, давно ты приехал?

— Недавно.

А попить мне так никто и не дал.

— Его уже заселили?

— Нет, Старший волшебник Корнелиус. Мы заселим его только после Вашего решения и никак иначе.

Корнелиус важно кивнул и развернул длиннющий свиток. Старик водил по нему своим скрюченным желтым пальцем с острым ногтем. Смотрел Корнелиус в этот свиток долго, я как раз успел рассмотреть весь его кабинет. Вообще-то тут особо и не на что было глядеть. На столе Корнелиуса стояла квадратная золоченая чернильница, а в ней золотисто-красное перо феникса. Я такое же у деда видел, только побольше. А у бабули есть серебристо-сине-зеленое, это фениксихи.

На темно-синих стенах висело полным-полно портретов. И все это были портреты самого Корнелиуса. И на всех он был в своей шапочке в звездочки. Еще здесь был низенький шкафчик, и больше ничего. Может быть, и еще что-нибудь, но я этого не видел. Я же выродок.

— Да что же это! — проворчал Корнелиус и отбросил свиток. Тот прокатился по столу и упал на мягкий ковер. — Ни одной свободной комнаты. Я же не могу заселить его с… Да хоть с кем!

— Уважаемый Старший волшебник Корнелиус, — обратился к нему Норвус, поднимая свиток. — Есть одна комната.

— Да? То есть… Ты хочешь сказать… А это мысль! Почему бы и нет? Так и сделаем. Заселяй его туда.

— Как скажете, уважаемый Старший волшебник Корнелиус.

Он снова низко поклонился и открыл дверь.

— Идем, мой мальчик.

Я спрыгнул со стула, кивнул волшебнику и направился за Норвусом. Вообще-то, мне бы тоже не мешало поклониться, но я забыл. И никто мне подзатыльник не дал — бабули здесь все-таки не было.

— А что это за комната? — спросил я, когда мы вышли. — И почему меня нельзя селить с остальными?

— Самая обычная комната. Ничего особенного. А насчет того, почему тебя нельзя селить с остальными. Напомни: кто твой дедушка?

— Верховный волшебник Корвиус, — вздохнул я.