Книга Горе-волшебник, страница 55 – Алла Касперович

— Я это… пошел.

— Конечно-конечно, мой мальчик. Иди.

Чего это он так улыбается, а? Вот как будто я младенец и сделал свой первый шаг. Да ну его. Тоже мне ребенка нашел. Тьфу!

Когда я дошел до аудитории, было пять минут десятого. Ну и ладно, все равно ведь Основы водного волшебства Ремус ведет. Пусть думает, что я нарочно опоздал.

Ага, только Ремус сам опаздывал. Он вообще на урок собирается? Вместо того, чтобы учить нас уму-разуму, он стоял возле окна с профессором Аваррой. И, похоже, он ее уже достал. Так это он ее достал, да?

— Ремус, тебе совсем заняться нечем, а?

Профессор Аварра копалась в своих свитках и на Ремуса даже не смотрела. У нее то и дело падали какие-то клочки бумаги, а он их ловил и отдавал ей обратно. Спасибо она ему ни разу не сказала.

— Есть, дорогая, я тебе помогаю.

— Ты б лучше на урок шел. Вали, а?

— Хорошо, если ты меня поцелуешь!

Чего?!

Профессор Аварра перестала копаться в бумагах, сжала одну руку в кулак и потрясла им перед носом Ремуса.

— Я тебя сейчас так поцелую, что ты потом будешь школярам объяснять, отчего ты такой красивый.

— Ты считаешь меня красивым? — улыбнулся Ремус и нагнулся прямо к лицу Аварры (он был ее на добрых две головы выше). Не, он точно придурок.

В общем, Основ водного волшебства у нас в этот день не было.

Мы сидели в аудитории. Но не потому, что нам некуда было пойти (другие уже давно смылись), а потому, что нам было просто лень. Ну, то есть мне и Пару.

— Пар, слышь, твой отец же Домоводство ведет, да?

— Ну да.

— А туда ходить обязательно?

— В смысле? — толстяк даже яблоком подавился.

— Ну, парням тоже туда ходить надо?

Вот бы он сказал «нет», вот бы он сказал «нет».

— Ага.

— П-почему ты спросил?

Да если мои деревенские узнают, что я тут супы варить учусь, да штаны дырявые штопать, вовек мне дома лучше не показываться.

— Да так, просто.

— Ага, я так и понял, — ухмыльнулся Пар.

Понял он, да? А сам что лучше, что ли? Я подвинулся к нему ближе и сказал:

— Слышь, Пар, а ты почему на Физкультуре ничего не делаешь?

— А зачем? Дядя Нарнис и так мне зачет нарисует. Ему папка что-ибудь наплетет.

— Дядя?!

Пар улыбнулся еще шире, а Гэн кивнул.

— Ну, не родной дядя, а так. Они с папкой с самого детства дружат.

— Они с детства друзья? — Мне почему-то это казалось странным.

— Ага, — подтвердил Париус. — Они учились вместе, а потом и в профессора вместе пошли.

Вот оно как!

— А почему твой отец за Палкой все повторяет?

— Палкой?! — расхохотался Пар, Гэн тоже улыбнулся.

— Ну да, — пожал плечами я.

— Похож, похож, — закивал Париус. — Это папка еще со Школы так. Ему весело, а дядя Нарнис и не спорит.

Потом мы замолчали, молчали минут пять, и мне совсем скучно стало.

— Пар, у тебя есть что-нибудь пожевать?

— Есть! — улыбнулся он, достал из-под мантии большую булку с повидлом и начал ее уплетать. Да еще так смачно причмокивал, что я чуть слюной не подавился.

— Эй! А поделиться? Я ж твой друг!

— Друг, — согласился Париус. — Ты друг, а это еда. Это еда, а ты друг. Понял?

— Не-а.

— Э-это он хочет сказать, что ничего тебе не даст.

Мда, вот теперь понял.

— Гэн, а у тебя что-нибудь есть?

— П-прости, нет.

Оладка перепеченная! Так с голодухи можно и… О! А что это там такое? Я хоть и далеко сидел, но глаз у меня хороший. На столе у Ремуса лежало что-то завернутое в платочек. И я точно знал, что это что-то можно съесть. Вот знал и все тут!