Онлайн книга «Белокурый: Права наследства»
|
28 Прошло с полгода после того, как в замок Сент-Эндрюс вселился молодой Джон. За эти полгода Патрик Хепберн вымахал почти до взрослых статей, и ростом был уже выше дяди. За эти же полгода он успел оценить железного Джона, ощущая его каждодневную поддержку вовсе не по семейному теплу отношений, а именно как в нужный час подставленное плечо. Теперь они отдыхали на траве под яблонями после утреннего боя. Патрик растирал ушибленную лодыжку — неудачно подвернул ногу при падении. — Мне будет не хватать этого времени, — неожиданно сказал Брихин. — Давайте-ка сюда ваше сиятельное копытце, граф… Ловкие, сильные пальцы епископа разминали растянутую мышцу, и порой Патрику хотелось скулить от боли, но он воздерживался, опасаясь дядиной насмешки. В опытных руках Брихина первая боль ушла, уступив место теплу. Ну да, их же учат целительству в монастыре, подумал Патрик… и ошибся, потому как-то был исключительно приграничный опыт Джона Хепберна. — Да, мне будет не хватать всего этого, и наших утренних схваток, в том числе, — повторил Джон. — Вряд ли кто из прихожан в Брихине составит мне компанию на помахать мечом, еще отяжелею и расплывусь, боже упаси… К слову сказать, я вами доволен, граф. Последнее ваше упражнение в греческом вполне приемлемо. Это была высшая похвала в устах епископа. Брихин приохотил племянника еще и к греческому, кроме латыни, и самое злое его, любимое упражнение состояло в том, чтобы задать к переводу отрывок с шотландского на латынь, а латыни — на греческий, с греческого — на английский, а затем сравнить первый и четвертый вариант… — И никаких диких выходок… — продолжал Джон, разминая ногу племянника. — Или о новых из них я просто пока не осведомлен? Уж не знаю, ради меня вы стараетесь или ради моего палача, но результат мне нравится. — Ради себя, — буркнул Патрик. Они с Роном только чудом не напустили в спальню епископа помойных крыс — к сожалению, не поймали в нужном количестве, но Брихину знать об этом не обязательно. — Вы правы, ваше преподобие, мне было скучно… ну, и деретесь вы превосходно, дядя, лучше даже, чем этот ваш немец. Жить определенно стало интереснее. — Только не вздумай привязаться ко мне, парень, — усмехнулся Джон Хепберн, — обучение и подчинение идет легче, когда ненавидишь наставника. Патрик широко улыбнулся: — А как же родственные чувства, дядя? — спросил он с ехидством. — Ну, кому когда они мешали ненавидеть по-настоящему… у меня, к примеру, нет к вам родственных чувств, хотя как наследник рода вы мне симпатичны. Всё, довольно… но если пожалеть ногу сегодня, завтра болеть будет куда сильней. Так что не сидите весь день на заднице, граф, шевелитесь, авось и пронесет от завтрашней хромоты. Железный Джон с наслаждением растянулся на траве, и племянник последовал его примеру. — Чертовски хочется в седло, и на пару месяцев в холмы, — сказал епископ сам себе, словно юноши и не было рядом. — А еще бы лучше — забрать у Ролландстона полторы сотни и выйти ночью за Чевиоты… — Зачем вы пошли в священники, дядя? Этот вопрос вызревал у Патрика долго — все время их знакомства, и после того, как он постоял с мечом против Брихина, и после того, как он наблюдал противоборство Джона с Морэем, и сразу после того, как впервые внимательно поглядел в глаза старшему родичу — красивые серые глаза убийцы, налетчика, стратега, политика, ценителя женщин, жизнелюба… |