Онлайн книга «Белокурый. Король холмов»
|
— В чем дело? — Ты не мог бы, — спросила она, пряча лицо у него на груди и слегка краснея, — остаться со мной еще… хотя бы ненадолго? — Нет, — отвечал он спокойно, — до дня святого Мартина — всего неделя. Мое место в Лиддесдейле. От Мартина и до Михаила — вот время настоящего налетчика, когда подмерзли болота, но снега еще нет. — Тогда, может быть, ты возьмешь меня с собой? Ведь мое-то место — с тобой рядом. Кровь Христова, его жена? В Лиддесдейле⁈ Патрик помимо воли улыбнулся. Никогда, хотя бы ради ее безопасности. — Нет, — это прозвучало довольно резко. — Ты остаешься здесь, Агнесс. Крайтон отныне твой дом, если он тебе нравится. Если ты предпочтешь уехать в Хейлс, я не стану возражать. — Я предпочла бы… — Это не обсуждается, — заметил граф чуть более мягко, чем раньше. — И впредь постарайся также не обсуждать мои решения, Агнесс. О, какое быстрое и острое отдаление! Только три месяца, и Босуэлл снова в седле, а то, что тебе казалось нарождающейся привязанностью мужа — всего лишь сон мимолетный. Графиня освободилась из рук супруга, опустила глаза, присела в реверансе: — Да, ваша милость… Почему-то это разозлило Патрика. Он взял за подбородок ее лицо, заставил взглянуть на себя: — Жена, в этом нет ничего странного. Ты вышла замуж за лэрда Лиддесдейла. Я — глава семьи, хозяин Долины, хранитель Марки, я — рейдер. Ты — моя леди, и другой не будет. Но большую часть жизни ты проведешь одна, рожая и воспитывая моих детей… ты ведь на это согласна? — А что, у меня есть выбор? — она смотрела ему в глаза, и тут-то он и вспомнил, что Агнесс — наполовину Хепберн, а эта порода людей не склонна подчиняться. Но отвечал: — Конечно, нет. У тебя нет выбора. И это обычная судьба для жены рейдера. Я думал, леди Маргарет тебе все объяснила… Тяжелый взгляд Хаулетта, пущенный им на прощанье в графиню, лег на нее подобно удару ловчего сокола, бьющего цаплю. Патрик кивнул жене, поцеловал Агнесс руку и вышел. И тут же она услыхала восторженный вой, которым ребятки приветствовали своего господина. Следующие десять лет брака она слышала все то же «мне пора». Но Агнесс, графиня Босуэлл, уже научилась ждать. «Мне пора» и «иди ко мне, я вернулся». Но он, будучи просто невероятно удачлив, возвращался всегда. И в этом смысле, конечно, ей повезло. 72 Шотландия, Эдинбург, март 1535 Джеймс Стюарт прислал поздравления к свадьбе, Джеймс Стюарт прислал свадебные дары. Граф Босуэлл, прищурясь, перебирал безделушки, украшенные королевским девизом «In defens» — столовое блюдо, солонку, шесть кубков, все чеканного серебра, добрый клинок ему и жемчужное ожерелье его супруге. Клинок… воистину, у Джеймса собачье, но извращенное чутье на измену. — Вот это — в кладовую, — велел он жене, указав на посуду, — а это возьмешь с собой в столицу, и вели пошить тебе платье, достойное таких жемчугов… — Ты везешь меня в Эдинбург? — удивилась Агнесс. — Только из-за этого, — усмехнулся Патрик, положив ладонь на ее уже круглящийся живот, — пусть поглядят и сдохнут от зависти. Во множественном числе по умолчанию имелся в виду король, до сей поры холостой, но усиленно плодящий бастардов. По забавному совпадению, Уильям Дакр недавно передал Патрику часть денег и послание Кромвеля, тот находился в слегка шатком положении, но уже задумывал новую подлость, ибо Генрих Тюдор утолил свою страсть, и поговаривали, что дни новой королевы сочтены — эта невезучая интриганка родила дочь. Смешно, но ровно так все и вышло, как Белокурый когда-то пообещал мистрис Болейн — он женился не на другой день после ее свадьбы, но на другой год после того, как осень тридцать третьего ознаменовалась столь горьким провалом для Анны. И Белокурый отвечал Кромвелю на редкость сердечным письмом… и зло высмеял вместе с Джеймсом трудности первого министра, и трудности его государя, уже в Эдинбурге, за непринужденной трапезой в личных комнатах короля, за ужином среди избранных и близких. |