Онлайн книга «Белокурый. Король холмов»
|
— Его величество содержит меня в неизменной милости, — молвил Джеймс Гамильтон, — и уже одно то, что он доверил мне эти работы… — А кто еще, кроме вас, справился бы с перестройкой Стерлинга и восстановлением Фолкленда? Вы сотворили здесь чудо… но я спрашивал не об этом. Вы здоровы? — Ах, это… да, я здоров. И снова солгал, если принять в расчет желтые тени под глазами и легкое покашливание, как солгал о неизменной милости короля. За год до этого он первый сказал Босуэллу, что король нестроен в уме, и оттого так сложно служить ему честью и правдой — когда Джеймс Стюарт погружается во тьму меланхолии, он не видит ни врагов, ни друзей, но разит всех без разбора, в точности, как библейский Саул. — О вас спрашивать глупо, Босуэлл, всем известно, что вы опять на коне…. А что ваш дядя? Давненько я не имел счастья видеть его в столице. — Вам, я полагаю, выпадало видеть его преподобие чаще моего, он посещает все Парламенты исправнейшим образом… до границы он за эти годы не добирался и письма присылает редко, но, насколько я знаю, жаловаться на судьбу ему не приходится. — Дай Бог, чтоб и дальше так, — кивнул Финнарт, чуть улыбаясь. — Но при случае засвидетельствуйте ему мое почтение… да, граф, похоже, что это к вам! Последнее восклицание относилось к запыленному и усталому человеку, который поклонился раскрытому окну во втором этаже женской половины замка, а теперь направлялся через двор к фонтану. Подойдя к лордам, он отвесил новый поклон, затем опустился на колено перед Босуэллом. То, что не бросалось в глаза Гамильтону, Хепберн прочел сразу — и джек, и приграничную манеру носить боннет, и цвета английских Греев… во имя всех казней ада, и он шляется по Фолкленду, всякую минуту угрожая выдать его одним своим присутствием здесь! — Ну? — спросил граф. — Я ждал вашу милость в деревне, — пояснил гонец, и речь его была чиста для тех, кто не знает, как говорят на границе, — неподалеку от замка, потом пришел в парк, спросил у дверей, меня не пустили внутрь, но какая-то дама, лицом очень схожая с вашей милостью, увидев меня из окна, велела идти сюда… — Скверно… — процедил Белокурый прежде, чем успел поймать само собой вылетевшее словцо. Если в деле поучаствовала леди Флеминг, жди беды. Финнарт взглянул на него с интересом, но ничего не сказал. — Ты какого черта тут прохлаждаешься? — Джеймс Стюарт по любимому обыкновению возник словно бы ниоткуда. Король был уже в дорожном платье, Хантли и Сомервилл еле поспевали за Его величеством, который в превосходном настроении перешагивал через две ступени, спускаясь во двор, к конюшням в левом крыле. — Я думал, ты уже загнал для меня оленя, лентяй… Джеймс захохотал, обнимая кузена за плечи: — Помнишь, как тогда? Я еще спрашивал Джейми Паркхеда, как, мол, будет ли завтра добрая охота? Завалю я двух-трех оленей? Джеймсу Дугласу Паркхеду, командиру сторожевой сотни, после того, как ушел от него из Фолкленда, король отрубил голову. — Я велел ему, — Джеймс Стюарт кивнул на Финнарта, — чтоб он сохранил при переделке то окно, откуда я спускался к тебе навстречу… ну, давай в седло, Дивный граф, что встал? Давай, егеря с рассвета за работой! Управитель королевских конюшен Роберт Джибб кликнул грумов и графу тотчас подвели коня. Белокурый молвил вестнику вниз уже с седла: |