Книга Бывшие. Любовь с осложнениями, страница 71 – Саяна Горская

Я закусываю губу, сдерживая улыбку.

— Подумай хорошо.

Он поднимает на меня взгляд.

— Киста?

Достаю снимок УЗИ, сделанный двадцать минут назад.

— Поздравляю, через восемь месяцев вы станете папочкой для самой очаровательной кисты в мире.

Он смотрит на меня.

Сначала молчит, потом громко сглатывает.

— Женя.

— Богдан.

— Ты серьезно?

В глазах Богдана густой коктейль нечитаемых чувств.

— Как никогда в жизни, — чувствую, как дрожат мои губы от эмоций, сильней которых я, кажется, не испытывала никогда. — Серьезно. Я люблю тебя, Ларионов. Хочу от тебя детей. Хочу состариться вместе. Хочу любоваться рассветами и провожать закаты. Хочу преодолевать трудности вместе и идти в свои страхи с тобой. Хочу в горе и в радости. В богатстве и в бедности.

— В болезни и в здравии?

— Рука в руке. Навсегда.

Богдан улыбается.

Вытягивает свою руку.

— Ну, тогда пойдём?

Вкладываю свою ладонь.

Сплетаем пальцы.

Богдан комкает заявление, бросает точным трёхочковым в мусорку, стоящую у стены.

И мы уходим в наше общее будущее.

Вместе…

Три года спустя.

Женя.

Отстёгиваю Ваньку, вытаскиваю из автокресла. Он обхватывает меня маленькими тёплыми ладошками и радостно верещит, болтая ножками в воздухе.

— Ап-па! Па! Па!

— Да, сейчас мы найдём нашего папочку, заберём его и поедем гулять. Ваня любит гулять?

Ванька счастливо улыбается, демонстрируя мне все свои белоснежные зубки.

Сегодня мы снова в больнице — он любит приходить сюда, видеть знакомые лица, слышать голоса людей.

Честно говоря, я тоже очень люблю здесь бывать.

Автоматические двери распахиваются перед нами.

Я вдыхаю этот специфический запах — смесь антисептиков, кофе и чего-то неуловимо родного.

Скучаю очень!

— Охо-хо! Женечка! — Раздаётся голос Медведева. — Привела нашего будущего коллегу? Ну как вы, Иван Богданович? Хорошо себя чувствуете?

Ваня радостно улыбается, а его ножки начинают энергично двигаться.

— А ну, дай сюда молодого человека!

— Да пожалуйста! — Передаю сына Олегу Викторовичу.

Ваня сгребает пухлыми пальчиками бейджик на его груди, тянет в рот.

— Нет, это нельзя. Грязно. Микробы.

Ванька обиженно выпячивает нижнюю губу.

Медведев лезет за ресепшен, достаёт горсть запечатанных деревянных шпателей для горла.

— Вот тебе игрушка. Учись держать в руках инструмент. Смотри-ка, Женечка, а хватка-то профессиональная! А как горят глаза!

— Он обожает больницу, — смеюсь я.

— Ничего, этот энтузиазм угаснет, как только он выйдет на зарплату, — шутит Медведев. — Вы за папой своим?

— Ага.

— Видел его двадцать минут назад. Он пасся у кофеварки на втором этаже.

— Спасибо, пойдём его оттуда отскребём.

Забираю Ваньку.

Идём к лифту, но двери открываются, и из него выходит Богдан. Он убирает телефон в карман и улыбается.

— Оп, а я как раз вам звонил. Давно приехали?

— Только что.

Богдан чмокает меня в щёку. Лохматит Ванькину густую шевелюру.

— Как мой богатырь?

— Наелся каши и проспал до обеда.

— Прекрасно. Хоть у кого-то из нас выполняет план по здоровому сну, — Богдан взмахивает в воздухе стопкой документов. — Ну всё, сейчас отдам карты пациентов — и я свободен, как ветер.

— Давай скорее, потому что я такая голодная, что слона сейчас съем.

Богдан передаёт мне карты, а сам забирает Ванечку, подбрасывает его вверх. Ваня заливается счастливым смехом.