Книга Бывшие. Любовь с осложнениями, страница 8 – Саяна Горская

Он даже не пытается скрыть презрения.

Холод, сквозящий в нём, проникает под кожу, буравит мясо и вонзается в кости.

И в моей голове не рождается ни единого сценария, в котором Богдан бы согласился выслушать мои сбивчивые объяснения насчёт прошлого. Ни единого.

— Как видите, Богдан Андреевич, всё здесь продумано для удобства и полноценного отдыха наших врачей, — наконец откашливается Олег Викторович, стараясь сгладить неловкость.

Он знает, что мы дружим. Не надумает себе всякого непотребного.

А вот Богдана в обратном будет очень сложно убедить.

— Да уж, — хмыкает Ларионов. — Миленько у вас тут.

Богдан бросает последний шипастый взгляд в мою сторону, разворачивается и выходит.

Олег Викторович коротко постукивает по часам на запястье, без слов напоминая о том, что скоро начнётся амбулаторный приём.

Дверь захлопывается.

Лицо Богдана всё ещё стоит перед глазами, будто выжженное на сетчатке пятнышко после яркого света.

Сдавленно выдыхаю, отворачиваюсь и зажмуриваюсь.

Зачем он здесь? Зачем жизнь снова сталкивает нас?

Голос Олега Викторовича постепенно удаляется и стихает.

— Да уж, дело дрянь… — Нарушает тишину Рита. — Похоже, он действительно тебя ненавидит.

Расул молча и виновато поджимает губы, будто он только что всё испортил.

Тянусь по дивану к пачке с печеньем, зло засовываю одно в рот. Жую, не чувствуя вкуса.

— Всё, — категорично отрезаю. — Я больше не хочу это обсуждать.

Рита размыкает губы, чтобы что-то сказать, но я уже вылетаю из сестринской.

По коридорам клиники тянется лёгкий запах антисептика. Привычный, почти успокаивающий, хотя сегодня он совершенно не помогает.

Я спускаюсь на первый этаж в клинику. Сегодня у меня только амбулаторный приём. Это значит, что я могу отвлечься и заняться делом, за которое я цепляюсь, чтобы чувствовать себя нужной.

На ресепшене Оля передаёт мне ключи.

— Вы сегодня в первом, Евгения Сергеевна.

— Спасибо. Запись плотная?

— По завязку, — Оля склоняет голову к плечу. — Это ещё если внештатно не придут.

Натягиваю на лицо профессиональную улыбку.

Мои девочки-постоянницы, как птички, уже сбились в стайку у кабинета.

— Здравствуйте, Евгения Сергеевна! — Тоже улыбаются.

Кто-то с пузиком беременным уже, кто-то с эндометриозом…

На отсутствие пациентов мне жаловаться не приходится.

Открываю дверь.

— Ну, кто там у нас первый сегодня?

Работа начинается, а вместе с ней — возможность хотя бы на время забыть о присутствии Богдана в стенах этой клиники.

* * *

Подбиваю собранный анамнез в электронную историю болезни и отправляю в общую базу.

В дверь стучат.

Устало потягиваюсь, разминая затёкший позвоночник и плечи.

— Входите.

— Здравствуйте! — Скромно топчется на пороге девушка. Новенькая. Раньше её у себя не видела. — Я Долгорукова. На пятнадцать тридцать.

Коротким жестом предлагаю ей сесть за стол напротив.

Открываю карту.

Марина обследовалась раньше в другой клинике, жалобы стандартные — болезненная менструация, слабость.

— Евгения Сергеевна, вы последняя моя надежда, — Марина резко поднимает на меня глаза. Пальцы, сжимающие ремешок сумки, подрагивают. Голос спокойный, но вижу, что на взводе она. — Я уже не знаю, что делать. Мы с мужем три года пытаемся… А ничего не выходит.

— Три года пытаетесь забеременеть?

— Да. Я и тесты на овуляцию покупала… Всё строго по часам. Муж обеспокоен. Да и я…