Книга Жара по Суровому или лето в Зеленых Петушках, страница 13 – Ольга Дашкова

Попыталась себя одернуть, правда попыталась. Но картинка не уходила. Эта рыжая с ее копной волос, широкими бедрами и грудью, господи, да там больше третьего размера, которая так уверенно терлась об него…

Она явно знала, что делает. И явно делала это не в первый раз, а Гришеньке-паразиту это нравилось. А если бы меня не было в мастерской? Да они бы там, на этом столе… трахались бы уже!

— Сука, – тихо прошипела себе под нос и сразу же одернула себя: – Виолетта, ты серьезно? Тебе тридцать лет, а ты ведешь себя как подросток.

Жара стояла невыносимая, даже ближе к вечеру воздух был густым и тяжелым. Я шла по тропинке мимо дома бабы Тони, не глядя по сторонам. Хотелось куда-нибудь деться. Куда глаза глядят. Лишь бы не думать обо всем, о чем так некстати думалось.

Дошла до края деревни и свернула к лесу. Высокие сосны манили прохладой, зашла под кроны и сразу почувствовала облегчение, здесь было заметно свежее.

Хорошо. Здесь я точно не встречу ни Григория, ни его рыжую «баньку».

Я брела между деревьями, пытаясь выкинуть из головы все, что произошло. Но мысли возвращались снова и снова.

Все мужики одинаковые. Все. Эдгар семь лет кормил меня обещаниями, а потом собрал вещи, когда я попросила хоть каких-то реальных шагов. А этот… этот деревенский Аполлон наверняка перетрахал здесь всех, кого можно, и все, что движется. Конечно, почему бы и нет? Такой внешностью грех не пользоваться.

Я сорвала большой лопух и начала собирать в него землянику. Ягоды были мелкие, сладкие, теплые от солнца. Достала телефон и начала снимать контент: сначала фото, потом видео.

— Смотрите, какая красота, – говорила я в камеру, стараясь, чтобы голос звучал бодро. – Дикая лесная земляника. Никакой химии, только солнце и природа. Идеальный продукт для нашего бренда «Эко-Петушки».

Я снимала, улыбалась в камеру, а внутри все кипело.

Зачем я вообще здесь? Зачем я согласилась на эту дурацкую командировку? Сидела бы сейчас в Москве, пила кофе под нормальным кондиционером и не думала бы о каком-то Григории Суровом, у которого в друзьях ходит рыжая нимфа с банькой и речкой.

Я углублялась в лес все дальше. Под кронами высоких сосен было действительно прохладнее. Солнечные лучи пробивались сквозь ветви редкими золотыми столбами. Красиво. Почти сказочно. Села на старый пень, положила рядом лопух с ягодами и продолжила снимать.

— Представляете, ребята, – говорила я в камеру, – вот так выглядит настоящая лесная романтика. Тишина, природа, земляника…

Голос звучал фальшиво даже для меня, пришлось выключить камеру и тяжело вздохнуть.

Романтика, блин. Романтика – это когда тебя несут на руках через грязь, а потом ты видишь, как к этому же мужику приходит другая женщина и спокойно говорит: «Приходи, я тебя попарю» или «Пойдем искупаемся голышом в речке».

Зачерпнула горсть ягод и закинула в рот, было сладко до приторности.

Все они одинаковые. Все. Стоит только чуть-чуть поверить – и получаешь нож в спину. Или в сердце. Или куда там еще.

Снова вспомнила Эдгара. Как он улыбался и говорил: «Виолочка, ты же знаешь, я тебя люблю». Как каждый Новый год обещал кольцо. Как я верила. Как терпела. А потом – один вечер, и все. «Ты слишком требовательная».

— Козел, – тихо сказала вслух и сама себе усмехнулась. – Да я уже разговариваю с лесом. Отлично. Следующий этап – обниматься с деревьями.