Книга Ты ко мне вернешься, жена, страница 32 – Мария Кац

Игорь чуть усмехается, а затем протягивает мне папку, которую всё это время не выпускал из рук.

— Он подготовил документы о разводе и просит, чтобы ты подписала их, — Игорь произносит это так, словно мы разговариваем о погоде. — Сказал, чтобы ты была счастлива. И больше не беспокоила его.

Сердце замирает, а потом срывается в бешеную пляску, отдаваясь в висках оглушительным стуком. На последней странице, размашисто и твёрдо, знакомая подпись.

— Ты… сказал ему о ребенке? — не узнавая свой голос, спрашиваю его.

— Сказал, — холодно бросает ответ. — Пойми, Олесь, у него другая. Он с ней. И ему не нужен…

— Нет, — обрываю его, делаю частые вдохи, в попытке выровнять дыхание. — Ты не прав. Что-то не так понял. Он бы… никогда не отказался от своего ребенка. Не важно кто у него, но он бы… никогда, — мой голос звучит ещё тише. В голове всё складывается в единую картину. Он всегда добивается своего. Идет напролом. А сейчас его нет. Нет и не было рядом весь этот месяц. У него никогда не было выездных совещаний, а телефон всегда был в зоне доступа. Если только он не бросил меня в чёрный список. Если только не предупредил секретаря отвечать мне так. — Я не верю тебе.

Последнее произношу, глядя в глаза Игорю. Он только головой качает.

— Хорошо. Тогда я докажу тебе это. Как только тебя выпишут, я покажу тебе его предательство. Только готова ли ты к этому?

Гулкий тик-так больничных часов сливается с мерным биением сердца в моих ушах. Я сижу на краю кровати, закутавшись в халат, и смотрю на синюю папку, которая лежит между нами. Слова Игоря все еще звучат в голове: «Как только тебя выпишут, я докажу тебе это».

Я не отвечаю. Просто киваю. Пусть доказывает. Мне уже все равно. А может, мне нужно дойти до самого дна, чтобы оттолкнуться? Или чтобы утонуть окончательно? Сейчас я не совсем понимаю, что именно происходит, но мне точно нужно это выяснить.

Выписывают меня через два дня. Строгий инструктаж, рецепты и предписание полного покоя, которое звучит как злая шутка. Игорь встречает меня у выхода. Он ведет меня к своей машине, помогая забраться в салон. Действия четкие, без лишних слов. Он больше не пытается казаться мягким.

— Ты уверена? — спрашивает он, уже заведя двигатель.

— Да, — твердо произношу, глядя в тонированное стекло. Мои пальцы бессознательно впиваются в рецепты, сминая бумагу.

В дороге мы перебрасываемся парой фраз, которые ничего не значат. Он спрашивает о моем здоровье, о том, куда меня отвезти потом. Я отвечаю на автомате. На самом деле мои мысли заняты Маратом. Я могу поверить в то, что ему надоело возиться с такой неопытной женой, но я не верю, что ему плевать на ребенка. Вся семья Волковых до фанатизма не отдаст свое. Будет умирать, но не расстанется. Для Марата ребенок значит слишком много.

Игорь паркуется на подземной стоянке одного из новых бизнес-центров.

— Он сейчас там, на встрече, — говорит Игорь, уводя меня к служебному лифту.

Я иду за ним, не задавая вопросов. Сердце колотится так сильно, что кажется, еще немного, и я точно потеряю сознание. Одна лишь мысль о том, что я увижу Марата, заставляет меня задержать дыхание.

Мы останавливаемся перед неприметной дверью с табличкой «Серверная B-14». Игорь вводит код, и дверь открывается.