Книга Сестрица Аленушка, братец Иванушка и богатырь в придачу, страница 12 – Елена Ха

— И ничего он не красивый. Холодный зазнайка. И не я это была, — обиженно заметила Аленка.

Василий невесту к себе еще крепче прижал и несмело наклонился к ее губам, пытливо в глаза заглянул, будто разрешения спрашивая. Девушка улыбнулась и сама жениха поцеловала.

— Как же я по тебе соскучился, — тихо проговорил Вася, стоило только Аленке отстраниться.

— Что же произошло сегодня? Как вы оба здесь оказались? — спросила Аленка и обняла брата. — Даже не верится, что ты снова мальчик!

Ответил ей Василий:

— Я ночью уснуть не мог и пошел по двору прогуляться. Слышу: в сарае жалобно кто-то стонет. Зашел — а там твой козлик. Я слуг растолкал, расспросил. Мне сказали, что ты велела зажарить скотинку на свадьбу. Тут я и понял, что не возьму тебя в жены, и отпустил козленка. А он меня за рубаху ухватил и сюда привел.

— Не возьмешь, значит, замуж? — уточнила Аленка, лукаво улыбаясь.

Василий рассмеялся, подхватил на руки невесту, закружил, а когда поставил на травку, объявил:

— Немедленно возвращаемся! У нас сегодня свадьба!

Втроем они поспешили домой. Кликатуха, видать, издалека их углядела и сбежала. В доме была суета, слуги столы накрывали. А вот Амелфа Тимофеевна встретила их с суровым лицом, ясно было, что она уже не хотела себе такую невестку.

— Сын, если ты сегодня возьмешь ее в жены, то прошу тебя, заживи своим двором. Мы с ней в одном доме не уживемся, — решительно сказала женщина.

Кинулась Аленка в ноги свекрови и со слезами на глазах попросила:

— Выслушай нас, матушка.

Тут и Василий мать обнял и попросил:

— Не гони, выслушай.

Иван тоже в стороне стоять не стал.

— Доброго утречка, Амелфа Тимофеевна, — поздоровался мальчик.

От удивления женщина дар речи потеряла, и пока она в себя не пришла, дети успели ей все рассказать. Тут уж поплакали вчетвером да свадебку сыграли. Гостей, правда, было немного, и как друзья ни подзадоривали Василия, он от невесты ни на шаг не отходил, удаль свою молодецкую показывать отказался.

— В деле себя покажу, чего народ веселить. Я ж не скоморох, — резонно заметил он.

Свадьба была тихая, зато первая брачная ночь у молодых выдалась жаркой. Утром Василий сам принес жене завтрак.

— Как ты себя чувствуешь, душа моя? — с беспокойством спросил он свою хрупкую жену. Силы в нем было немерено, вот и беспокоился он, не переусердствовал ли ночью.

— Все хорошо, милый! — откликнулась Аленка, ласково улыбаясь мужу.

Ей пылкость Василия пришлась по душе.

— Люблю тебя, жена моя!

— И я тебя люблю, муж!

— Сможешь сегодня прогуляться со мной на торг? — спросил неожиданно богатырь.

— Зачем? — удивилась Аленка.

— По Новгороду поползли слухи, что моя невеста сбежала с Захаром, — усмехнулся богатырь.

— Кликатуха? — всплеснула руками Аленка.

— Думаю, да.

— Ой, пропал Захар, — покачала головой девушка.

— Да, но мне его не жалко. Невесту у соратника уводить подло.

— Согласна, поделом.

От Захара уже через полгода пришли дурные вести. Он женился на кликатухе, она требовала с него все новые и новые подарки, пришлось ему податься в разбойники, чтобы ей угодить. И порубила его царская дружина, как преступника. Поговаривали, что жена Захара утопилась после этого, и только Василий и Аленка знали: просто кликатуха вернулась в свою стихию.

Алена и Вася жили припеваючи. Богатырь за торговые дела взялся, Ваню военному делу учить стал. Через год у них родилась дочка, а еще через два — сынок. Амелфа Тимофеевна не уставала хвалить невестку да внукам радоваться. Влюбленные же и не думали останавливаться на двух детках. Их любви и на семерых хватит, но то уже совсем другой сказ, про героев новгородских да силу духа русского.