Книга Исцеление любовью, страница 29 – Снеталия Морозова

Ну, что! В путь! Я исцелила владыку, теперь уповаю на судьбу.

Дай мне, новый мир, мужа любимого и любящего и ребёночка долгожданного, а еще, направь меня на путь исцеления болезных.

Ну, вот, уже заговорила, как местная. Улыбнулась с грустью, утопая взором в красоту реки.

Я любовалась рекой. Вспомнила, что в книге Сурию называли жители земель Лазурной лентой, что означало «дыхание земли». Течение было неспешное, величавое даже, словно шествует, несмотря ни на что, как королева, да.

Я смотрела, восхищаясь, местами на реке были зеркальные плёсы, где небо и вода сливались в единый цвет. Я стала прислушиваться к воде, улавливая тихий бархатный шорох. Сурия приняла зиму и мороз, но не сдалась, выстояла, жила своей жизнью, словно говоря всем: «Я есть!»

И тут Лис громко дал команду:

— Стоп!

Я вздрогнула, выходя из задумчивости и созерцания.

Началась какая-то суета, ладья покачнулась, гребцы поднялись, выстраиваясь. Я обернулась и увидела Белогора, он быстрым уверенным крупным шагом шел по палубе, кафтан зимний нараспашку, без шапки, а, увидев меня, приостановился на миг, вздохнул и зашагал еще быстрее. Я опустила глаза, натягивать на лоб не стала тряпку. Он подошел, присел у ног моих, снял у меня варежки и укутал мои ладони в свои жаркие, сухие, огромные, сминая, словно грея.

— Стеша, не уплывай, останься со мной.

Я закрыла глаза, слезы-предательницы упали на его ладони.

— Не плачь, пташка смелая. Мариша сказала, домой тебе надо.

Я закивала.

— Где твой дом, Стеша?

Я молчала.

— В Сладковке твой дом?

— Да.

Он взял моё лицо в ладони, поднял, я не открывала глаза.

— Нет такого места, Стеша, нет у тебя дома. Сладковка – это ягода дикая, что растёт в лесах.

Я молчала. Подловил.

— Свадьба у тебя скоро. Зачем я тебе? Болезных среди жителей не чувствую. Зачем, Белогор?

— Что у меня скоро? С чего бы это?

— Гарма сказала мне.

Он вздохнул тяжело и раздраженно.

— Ясно всё теперь, а я-то подумал. Не будет никакой свадьбы, Стеша, не будет.

— А сваты?

— Какие сваты?

— Ну, свататься приедут сегодня к тебе отец и братья Гармы.

Он рассмеялся.

— Пошли домой.

— Что я буду делать в твоём доме?

— Вот, как книги все прочитаешь, так и поплывешь, куда захочешь, договорились, пташка?

Я подняла глаза на Белогора. Он открыл рот, ослабил руки, я опустила взгляд, он тут же взял крепче лицо, поднимая.

— Стеша!

Я посмотрела ему в глаза, утопая в его синеве бирюзовой, как в Сурии. Мы смотрели в глаза друг друга несколько секунд, замерев, пока не услышали говор капитана. Белогор резко поднялся, поднял меня и понёс на берег.

— Сумка на скамейке, там золота много, - только и успела вымолвить.

— Лис, в сумке, что на скамье, подарок твой, - не останавливаясь, шагал Белогор.

— Стеша, до новых встреч! - крикнул капитан.

— Пока, Лис!

Белогор посмотрел на меня. Я улыбалась, владыка тоже улыбнулся.

Белогор нёс меня на руках, шел быстро, уверенно, держал крепко, будто я пропаду, в то же время бережно и аккуратно – горб придавал моей фигуре неказистость и уязвимость, да. Я улыбалась. Прибежал за мной - приятно, как же приятно! Я размякла в его руках, чувствуя неописуемое женское удовлетворение.

— Владыка Белогор, я сама могу идти.

Я ликовала.

Он шёл, серьезный такой, не ответил мне, наверное, про глаза мои думает.