Книга Дочка для ведьмы с ребенком, страница 34 – Алла Гореликова

В общем, так или иначе, все равно заняться нужно. Вдруг не только на чердаке обнаружатся неожиданные находки.

Вечером мы с Олежкой взяли восточных сластей, один из моих новых чаев и пошли в гости к соседям. Илья задерживался на работе, дети, как всегда, ухватили сладенького и убежали смотреть мультики, а мы с Верой заболтались обо всем сразу, как бывает, когда долго не находилось времени встретиться и поговорить. Вера как раз принесла стопку старых, еще ее мамы, журналов для беременных, когда погас свет.

Сколько я здесь жила, об отключениях электричества не слышала. Вера тоже удивилась, а от телевизора послышались возмущенные крики малышни: похоже, мультик оборвался «на самом интересном месте».

— А ведь по всей улице вырубило, — заметила я, выглянув в окно: было еще не так темно, чтобы сразу заметить погасшие фонари, но у меня, похоже, включились рефлексы прошлой жизни: одно время «веерные отключения» были обычным делом, да и такие вот внезапные случались не сказать, чтоб редко. — Может, авария где?

— Давай послушаем, — Вера включила радио на городскую волну, но там шел обычный вечерний концерт по заявкам. — Дети, идите к нам! Света нет по всей улице, будем ждать, пока починят.

— Можем пока вместе поиграть во что-нибудь, — предложила я.

— Погоди только, я свечку найду, вдруг это надолго, — озабоченно сказала Вера. — Хорошо, с Рождества остались, вот только куда я их засунула?

— К елочным игрушкам же, — напомнила ее старшая, Леночка. — Давай я достану, я помню, где.

— А я вот как умею! — Олежка протянул руки вперед, сложив ладошки «лодочкой», и в них заплясал крохотный огонек.

— Ух ты! — восхитилась Натуська и тут же потянулась коснуться, но Олежка шагнул назад и быстро сказал:

— Ты что, обожжешься. Он настоящий.

— Здорово. Жаль, что я так не сумею. Огневик — это здорово, правда?

— Только я еще не могу так долго, — Олежка вздохнул и опустил руки, и огонек тут же погас. — Вырасту, буду как папа.

— Но ведь твой папа умер? — спросила Натуська. — И он не был огневиком?

— Да нет же, как папа Костя! Он знаешь какой. О-го-го какой сильный, вот!

— А-а… прости. У тебя теперь хороший папа, да?

Мы с Верой переглянулись, и она осторожно взяла меня за руку.

— Я и не знала, что он так может, — прошептала я ей на ухо. — Хитрый жук, не сказал. Наверное, похвастаться хотел, когда будет лучше получаться.

Остаток вечера мы играли в «Море волнуется», очень даже весело получилось. Олежка не хотел идти домой, а я не настаивала: здесь, в компании и при горящих свечках, получились очень даже уютные посиделки. Стемнело, без теплого света фонарей улица казалась чужой и, пожалуй, жутковатой. Взлаивали собаки по дворам, а в остальном царила непривычная тишина. Правда, через полчаса-час уходить все равно придется, мне пора будет пить свою вечернюю дозу снадобий. Я представила, как мы побредем домой — свечкой себе, что ли, путь освещать? Еще, как назло, и небо в тучах. А дома, кстати, из всех средств аварийного освещения только лабораторная спиртовка. Ну, и горелки в кухне. Упущение, что сказать.

Новости принес Илья. Вошел, стряхнув с волос мелкую морось, спросил весело:

— Не напугались, детвора? Скоро включат, я шел домой, аварийку видел — работают.

— Что случилось-то? — спросила Вера.