Книга Ненужная жена дракона. Акушерка для наследника, страница 58 – Диана Фурсова

Марина чувствовала, как эти мысли ползут по двору не хуже дыма.

Если сейчас она промолчит, заговорит кто-то другой.

Вартис. Мирена. Любой, кому выгодно превратить спасённых людей в свидетелей «бедствия».

Она выпрямилась.

У неё дрожали ноги. Платье было испачкано сажей и мокрым снегом. Волосы выбились из косы. В горле саднило от дыма, ладони тряслись от пережитого. Хотелось сесть на землю, закрыть лицо руками и наконец позволить себе испугаться.

Но на неё смотрели.

Тила с наследником. Нэра. Ярина. Лесса. Ролан. Дарен. Грета. Прачки. Кухонные девочки. Плотники. Стражники. Люди, которые ещё вчера приходили к Дому первого огня за теплом, а теперь стояли перед его обугленными стенами и ждали, будет ли им снова куда идти.

Марина поднялась на нижнюю ступень крыльца, уцелевшую каким-то упрямым чудом.

— Посмотрите на меня, — сказала она.

Голос сначала сорвался. Она сглотнула и повторила твёрже:

— Посмотрите на меня.

Люди подняли головы.

— Сегодня ночью этот дом пытались отнять у нас огнём. Не у меня. У нас. У Ярины и её сына. У Лессы и её ребёнка. У Тилы, которая второй раз вынесла наследника из опасности. У Нэры, которая держала здесь порядок. У Греты, которая не дала сгореть правде. У каждого, кто пришёл к этому порогу не за властью, а за теплом.

Кто-то тихо всхлипнул.

Марина продолжила:

— Дом горел. Но люди вышли. Дети вышли. Те, кого называли лишними, неправильными, опасными, бедовыми, стоят здесь живые. Значит, Дом первого огня не сгорел. Сгорели стены. Стены мы построим снова.

В толпе кто-то поднял голову выше.

— Завтра мы начнём заново, — сказала Марина. — Больше. Крепче. Лучше.

Эти слова прозвучали в морозном воздухе просто. Без пышности. Без обещания лёгкой победы. И именно поэтому люди услышали.

— Кто хочет уйти, уйдёт без стыда, — добавила Марина. — Я никого не держу страхом. Но кто останется — будет строить не приют для ненужных. Мы будем строить дом, где больше никого не назовут ненужным.

Первой шагнула Нэра.

Она встала рядом с Мариной на обгоревшей ступени, вытерла ладони о передник и сказала:

— Я остаюсь. Но сначала требую нормальную кладовую и два замка. И чтобы плотник не спорил, когда я говорю, что доски сырые.

Плотник в толпе виновато кашлянул.

Следом вышла Тила с наследником на руках.

— Я остаюсь.

Грета поднялась от сундука.

— Я тоже. У меня ещё слишком много злости, чтобы уходить.

Ярина, бледная и слабая, подняла руку.

— Мы останемся помогать, если можно.

Ролан посмотрел на неё. Не на толпу, не на мать, не на князя. На жену.

— Если ты останешься, я тоже.

Лесса прижала ребёнка к груди.

— Я останусь. Хотя бы стирать ткань. Я умею быстро.

Потом заговорили другие. Негромко, неровно, но один за другим. Прачка. Кухонная девочка. Старый конюх. Мальчик Лин, всё ещё закутанный в чужой плащ, заявил, что будет таскать щепки, только больше не на втором этаже. Даже двое стражников переглянулись и сказали Дарену, что останутся у северной стены без дополнительного приказа.

Марина стояла и слушала.

И только теперь, когда люди не разошлись, когда не отвернулись, когда не позволили страху победить, у неё внутри что-то дрогнуло так сильно, что она едва удержалась на ногах.

Кайран заметил.

Он стоял чуть в стороне, весь в саже и дыме, но всё ещё прямой. Люди смотрели на Марину, а Марина вдруг увидела, что Кайран смотрит не как князь на полезную союзницу. И не как муж на женщину, которую привык считать своей по браку.