Книга Попаданка на Самайн, страница 45 – Мила Дуглас

Алиса тянулась за тяжелым фолиантом на верхней полке. Книга не поддавалась. В этот момент сзади появилась тень, и длинная, знакомая рука легко достала нужный том.

Они замерли. Он, держа книгу. Она, глядя на его руку, вспоминая, каково это — ею обладать.

— Леди Ил….Алиса, — его голос прозвучал глуховато.

— Ректор Кроу, — кивнула она, забирая книгу. Их пальцы ненадолго соприкоснулись. Оба отдернули руки, как от кипящей кастрюли.

Повисло неловкое молчание. Обычно его заполняли колкости или ледяная вежливость. Сейчас же между ними висело нечто иное — общее, смущающее воспоминание, которое невозможно было игнорировать.

— Я... — начал он одновременно с ней.

— Ты сначала, — быстро сказала Алиса.

Кроу сделал паузу, подбирая слова. Смотрел куда-то мимо ее плеча.

— Надеюсь, последствия... инцидента... не причинили тебе неудобств…И поцелуй, он был преждевременным. Надо было после свадьбы, — выдавил он наконец.

Алиса усмехнулась. Не могла сдержаться.

— Если не считать того, что я до сих пор инстинктивно ищу….А не важно. И вспоминаю перед сном твой поцелуй... то да, не причинили.

Искорки в его серых глазах зажглись также ярко, как звезды в темном небе Ардафейна.

— А я, — сказал он неожиданно тихо, — обнаружил, что хочу еще тебя целовать. И отсутствие твоей ….. сбивает с толку.

Он круговыми движениями показал на уровне груди. Алиса рассмеялась по-настоящему, ярко, задорно. Аластер невольно подался веселью.

Это была первая за все время их знакомства искренняя, не несущая подтекста жалоба и настоящие улыбки.

— Аластер, а это давление на тебя... — начала Алиса, глядя на корешок книги в своих руках. — Оно всегда такое? Это... так тяжело.

Он посмотрел на нее прямо. Впервые без привычной стены.

— Всегда, — просто ответил он. — Как скала на плечах. Иногда кажется, что один неверный шаг — и все рухнет.

— А мой хаос? — спросила Алиса, поднимая на него глаза. — Он действительно так невыносим?

Кроу задумался, его взгляд стал отстраненным.

— Невыносим? Нет. — Он снова посмотрел на нее, и в его серых глазах она увидела не осуждение, а... понимание. — Он... подобен грозе. Непредсказуемый. Мощный. Иногда опасный. Но после него воздух становится чище.

Они снова замолчали, но на этот раз тишина была не неловкой, а задумчивой, почти мирной.

— Знаешь, — сказала Алиса, нарушая молчание и сама удивляясь своей внезапной фамильярности, — у нас на Земле есть поговорка. «Не все то золото, что блестит». А я бы добавила: «И не все то лед, что холодно на вид».

Кроу поднял бровь, и в его взгляде появилась знакомая искорка, но на сей раз без насмешки.

— Полагаю, это комплимент? — Он сделал шаг ближе. Теперь они стояли так близко, что она чувствовала исходящее от него тепло и слабый запах кардамона. Ей снова, как и в его теле, захотелось вытянуться, чтобы сравняться с ним в росте. Но сейчас это желание было смешано с чем-то другим, более приятным и тревожным.

— Возможно, — улыбнулась она, чувствуя, как по щекам разливается предательский румянец. — А то, что ты не разнес кабинет, когда я в твоем теле перепутал все твои свитки и подписал указ о введении «Дня цветных носочков» для первокурсников... это, считай, мой комплимент тебе.

На его лице промелькнула настоящая, незамутненная улыбка. Краткая, как вспышка молнии, но от этого еще более ослепительная.