Книга Очешуенная история, или Драконья распродажа в Аргарии, страница 120 – Ника Калиновская

— Пока не будем говорить отцу, — тихо проговорила я, чувствуя, как сердце бьётся быстрее. — Ни про пленника, ни про всё остальное. Нам нужно самим во всём разобраться, прежде чем обвинять кого-то или бросаться с откровениями.

Кристоф хмыкнул, скептически покосившись на меня, но возражать не стал. Ранд же нахмурился так, будто я только что предложила броситься под клинок.

— Ваше Высочество, это опасно… — начал он, но я подняла ладонь, обрывая возражения.

— Я всё понимаю, Ранд. Но пока — молчание. Это приказ. — Телохранитель сжал губы в тонкую линию, но, как и положено, склонил голову, принимая моё решение.

Когда решение было принято, Ранд коротко отдал распоряжения своему помощнику и сам занялся пленником, уводя его куда-то глубже по служебным коридорам. Я с Кристофом двинулась в противоположную сторону — к жилому крылу.

В коридорах стояла привычная тишина дворца: мягкий свет магических ламп, тихие шаги по каменному полу, редкие фигуры стражников, которые кланялись, но не задавали вопросов. Всё казалось таким обычным, что даже резало изнутри — слишком контрастировало с тем, что только что происходило в стойлах.

— Для девушки, которую все привыкли считать хрупкой принцессой, приказы раздаёшь так, будто тебе подчиняются армии, — вполголоса протянул мой "подарочек", слегка усмехнувшись и покосившись на меня сбоку.

Я дернула подбородком и смерила его взглядом.

— А что, по-твоему, принцессы делают? Сидят в башнях и вышивают?

— Я бы скорее сказал — закатывают глаза и ждут, пока их кто-то спасёт, — невозмутимо парировал мой собеседник.

— Тогда извини, что разрушила твои ожидания, — отрезала, но губы сами собой дрогнули, выдавая улыбку.

Кристоф только фыркнул и покачал головой, словно пытаясь скрыть, что этот словесный обмен ему понравился ничуть не меньше, чем мне. Но на этом наш обмен любезностями оборвался так резко, словно кто-то оборвал струну. Ведь именно в этот момент громогласный голос разнёсся по коридору, отдаваясь в стенах гулким эхом:

— Алисандра Аргарийская, следуйте за мной.

Я вздрогнула, обернувшись на источник звука: у моих покоев стоял отец. Правитель явно торопился и, судя по его лицу, уже был в курсе гораздо большего, чем мне хотелось бы. Король смотрел прямо на меня, холодно и жёстко, а затем его взгляд скользнул в сторону Кристофа.

— И вы, молодой человек, тоже, — голос отца стал ещё тяжелее.

И я почувствовала, как рядом со мной дракон чуть напрягся, но не сказал ни слова, лишь прищурился в ответ на этот взгляд. А я… я внутренне сжалась. Всё шло к тому, чего я боялась больше всего: к разговору, от которого нельзя было уклониться.

К моему удивлению, отец повёл нас вовсе не в приёмный кабинет, где обычно вершились дела королевства, а в узкую дверь рядом с его личными покоями. Там, куда редко ступала нога даже самых приближённых, а посторонних и вовсе не пускали. Комната встретила нас тяжёлым запахом старых книг и смолы от свечей, что горели не ради света, а ради глухой тишины, будто сама тьма должна была хранить тайны короля. На стенах висели гобелены тёмных оттенков, под ними угадывалась холодная кладка, а в углу громоздился массивный резной стол, заставленный свитками, картами и амулетами, которые отец никогда не показывал никому.