Книга Очешуенная история, или Драконья распродажа в Аргарии, страница 121 – Ника Калиновская

Я невольно замедлила шаг, чувствуя, как сердце бьётся быстрее: здесь редко бывала даже я, его дочь, и от этого тревога усиливалась. Словно сам воздух предупреждал — разговор будет особенным, слишком важным, чтобы о нём знали лишние уши.

Обернувшись, я встретила спокойный, даже насмешливый взгляд Кристофа. Он шёл за нами так размеренно, будто мы не входили в самое сокровенное место дворца, а просто направлялись к обеду. Ни удивления, ни почтения — лишь лёгкая ирония в прищуренных глазах. Я почти слышала, как он мысленно хмыкает: ну и что, какие ещё тайны вы тут спрятали?

И от этого спокойствия дракона внутри меня только сильнее разгоралось напряжение: я ощущала вес момента, он же, казалось, наслаждался зрелищем.

— Вы ничего не хотите мне рассказать? — голос отца прозвучал тяжело, словно удар молота, и нахмуренные брови лишь усилили впечатление. Мы едва вошли в его личный кабинет, и воздух там сразу стал гуще, словно сам замок ждал ответа.

— Нет… — осторожно выдохнула я, понимая, что лучше говорить мало и аккуратно.

— Да… — в тот же миг отозвался Кристоф, и я тут же метнула на него взгляд, полный немого возмущения. Ну вот кто его за язык тянул? Он хоть понимает, что это мой отец, и я точно лучше знаю, как с ним разговаривать, а как — категорически запрещено?

— Интересно… — усмехнулся Легарий Аргарийский, и, к моему удивлению, вовсе не разозлился, а даже выглядел слегка развлечённым. — Так всё-таки да или нет?

Я растерянно моргнула: странно, но отец был явно в хорошем настроении, и это тревожило меня куда сильнее, чем если бы он сразу взорвался.

— Если вы о связи, — невозмутимо продолжил мой дракон, и у меня волосы на затылке зашевелились. — То с этой проблемой, пожалуй, вам лучше спросить себя. А если же вас заботит что-то другое…

Я едва не застонала. Ну вот кто его, драконьего болтуна, тянул за язык? Кто так вообще разговаривает с монархом?! Я зыркнула на этого чешуйчатого смертника так, что в моём взгляде наверняка читалось: «Замолчи, пока тебя живьём не освежевали». Но Кристоф лишь продолжал смотреть на моего отца с видом того, кому и правда всё нипочём, будто сам он здесь главный.

Я ждала вспышки гнева, строгого допроса или хотя бы тяжёлого молчания, но вместо этого правитель неожиданно… сдался. Его плечи слегка опустились, и выражение лица стало таким, каким я видела его лишь однажды — когда мы хоронили маму.

— Я хотел защитить тебя, — заговорил он негромко, но в каждой ноте слышалась усталость. — Магия… твоя магия… она слишком сильна, Алисандра. Она забрала твою мать, и я боялся, что однажды заберёт и тебя.

Моё сердце кольнуло так больно, что на миг я забыла, как дышать.

— Я нашёл старое заклинание, — продолжал отец, и его взгляд был устремлён куда-то в пол, словно признаться в этом было почти невыносимо. — В древних фолиантах. Его использовали многие великие рода, чтобы дети с сильным даром могли жить. Их силу связывали с магическим фамильяром. Он поглощал излишки энергии и тем самым спасал хозяина от… — он запнулся, но договорил. — От смерти.

Я почувствовала, как пальцы Кристофа слегка дрогнули рядом со мной, и только это удержало меня от того, чтобы не закричать.

— Я думал, — продолжал король, и его голос теперь был горьким, — что дракон станет идеальным решением. Сильный, выносливый, способный поглощать столько магии, сколько потребуется. И когда мне попался дракон-оборотень… я больше не сомневался.