Книга Не будите во мне... некромантку, страница 110 – Ника Калиновская

Гроги.

Этот оживший всегда двигался странно, будто одной ногой находился между прошлым и настоящим, но сейчас в его взгляде было нечто иное — сосредоточенность и осознанность, будто он давно ждал именно этого момента.

Он точно понимал, что происходит. И, возможно, понимал лучше меня.

— Ну же… подойди, — выдохнул я, чувствуя, как ритуал под пальцами начинает расползаться.
Если он отступит, если уйдёт — я не успею повторить всё сначала.

Каряжистый приблизился медленно и почти бесшумно, словно боялся потревожить любую линию схемы. Он остановился рядом, наклонив голову вбок — жест, который почему-то напоминал древний поклон, только сломанный временем и смертью.

— Ты должен мне помочь, — произнёс я, но слова прозвучали так, будто их подхватила сама земля. — Иначе мы её потеряем.

Я видел, как мой собеседник вслушивается. Он был не просто ожившим. Он был якорем, привязанным к роду, к источнику и к самой сути этого места.

— Ты связан с ней и с тем, что под нами, — продолжил я, удерживая поток, который снова пытался сорваться. — Ты нужен этому ритуалу. Без тебя он не завершится.

Гроги моргнул — медленно и задумчиво, будто восстанавливал в памяти забытые инструкции. Его каряжистая рука поднялась, дрогнула в воздухе и опустилась точно туда, где под моей ладонью сходились линии потока.

Он не сомневался, а просто стал частью схемы, будто всегда был предназначен для этой роли. И в тот же миг я почувствовал, как структура ритуала изменилась. Потоки, которые до сих пор рвались, словно норовистые кони, начали упорядочиваться, искать друг друга, переплетаться, формируя сеть — ровную, крепкую и живую.

Нам действительно не хватало его. Теперь всё начинало работать.

Магия постепенно успокаивалась, словно пережив бурю и неуверенно пробуя вернуться в привычное русло. Я чувствовал, как каждый пульсирующий всплеск силы Мирославы всё меньше напоминает бешеный шторм и всё больше — сбившийся, но всё же ритм, который можно удержать.

Со стороны могилы тянуло остаточной силой источника. Рядом со мной стоял Гроги — неподвижный, как многовековой страж, но в его пустых глазницах впервые появилось что-то похожее на осмысленный блеск. Он, похоже, узнал зов места и откликнулся на него именно так, как рассчитывала его прежняя хозяйка, и именно его присутствие закрыло тот пробел в ритуале, который мне никак не удавалось восполнить своими магическими инструментами.

Связь всё же установилась, пусть хрупкая и едва ощутимая, но похожая на тонкий мостик, протянутый над пропастью. Мирослава вздохнула глубже, тугое напряжение в груди у неё ослабло, и девушка чуть расслабилась, хотя её аура всё ещё дрожала, словно напуганная птица, ищущая, где бы укрыться.

Однако стоило мне заглянуть глубже, ощутить истинное состояние той силы, что бурлила в её теле, я сразу же понял: стабилизировать — удалось, удержать — тоже, но сам источник… он будто ломался изнутри. Не просто бушевал, не просто вырывался — он отторгал часть магии, будто пытался освободиться от того, что ему навязали, и при этом разрывал хрупкую оболочку, которой сейчас была Мирослава.

Если я ничего не предприму, если не найду способ укрепить её связь с силой или изменить ход ритуала… девушка не выживет.

От осознания этого внутри что-то сжалось так резко, что мне пришлось несколько секунд буквально заставлять себя дышать. Я отнял руки, стараясь не выдать ни дрожи, ни паники, и поднялся, чтобы посмотреть на Гроги — он стоял рядом, немного ссутулившись, будто знал то, что мне ещё предстоит узнать.