Книга Не будите во мне... некромантку, страница 18 – Ника Калиновская

Мой помощничек шутку явно не оценил. Ни тебе ухмылки, ни вздоха разочарования — только молча протянул мне лопату. Серьёзно? Он что, и правда рассчитывает, что я сама полезу раскапывать эту потенциально бывшую ведьму? Или кем она там была?

Лопата холодно легла мне в ладони, увесистая, тяжёлая — такая, с которой не попозируешь для картинки, а действительно работаешь. Я чуть нахмурилась, машинально проверяя, не приклеилась ли к инструменту какая-нибудь прилипчивая тленная энергия, но, увы, только пыль да ржавчина.

То есть... мне действительно придётся копать? Вопрос был, конечно же, риторическим. Поскольку ответ уже стоял напротив и смотрел на меня с выражением тихого некромантского одобрения. Ну, если это вообще можно так назвать.

— Ладно, — шумно выдохнула я, примериваясь, — давай посмотрим, что тут у нас за вечный покой.

Я опустила лопату и с усилием вогнала её остриё в землю. Она, к моему удивлению, поддалась легче, чем я ожидала. Достаточно мягкая почва для столь старого надгробия. Может, тут часто копаются?

М-да… мысль, которую лучше было бы не думать.

Не успела я толком войти во вкус — что, между прочим, удивительно, учитывая что именно я копала, — как Гроги резко поднял ладонь, останавливая меня. Я с готовностью выпрямилась и смахнула со лба волосы, исподлобья глянув на своего спутника. Ну что, уже?

— Для предстоящего ритуала достаточно слегка снять верхний слой, — объявил он с той важностью, будто произносил последние слова перед запуском ракеты.

— А сразу нельзя было сказать? — буркнула я, откидываясь назад и втыкая лопату в землю.

В ответ Гроги… шумно выдохнул. Словно ему действительно было сложно дышать. Хотя... стоп. А каряги вообще дышат? Или он просто имитирует звуки, чтобы мне легче было с ним сработаться? Или это что-то вроде эмоционального театра одного актёра — «как бы ты вздохнула на моём месте»?

— Сам ритуал прописан в книге хозяйки, — сухо добавил он, как будто выдох был просто скрипом в петлях.

— Конечно, — я закатила глаза и полезла в сумку.

Книга нашлась почти сразу — тяжёлая, с потертым кожаным корешком и уголками, от которых тянуло затхлой магией и чем-то приторно-сладким. Я принялась лихорадочно листать страницы, пытаясь не вникать в чересчур детализированные анатомические зарисовки. Ну кто в здравом уме рисует внутренности с подписями, да еще в художественном стиле?

И вот, наконец, нужный лист. Верхняя пометка крупными буквами: «ОЖИВЛЕНИЕ МЕРТВЕЦА». Под ней аккуратные строчки с пошаговой инструкцией, выведенные чуть скошенным почерком. И ничего тебе лишнего — всё по делу, с пронумерованными пунктами. Только вот от одной только фразы «активировать магический импульс через кровь» у меня внутри всё похолодело.

Похоже, сейчас начнётся самое интересное.

Я достала из сумки небольшой пузырёк — подписанный, с едва читаемыми завитушками на этикетке и жидкостью внутри цвета тухлого изумруда. Судя по запаху, кто-то в этом составе постарался. Следом пошли два пучка засушенных трав, каждый с аккуратным номерком на бечёвке. Хозяйка, похоже, вела дела как опытный архивариус.

Я аккуратно раскрошила травы прямо на обнажённую землю, стараясь не закашляться от резкого запаха. Один пучок — терпкий, с нотками мокрой золы, второй — с приторной сладостью, как будто его воровали с кладбищенских лужаек. Капнула зелёной жижи сверху — с таким же успехом можно было брызнуть кислой слюной нечисти, — и тут дело дошло до самого нелюбимого пункта.