Книга Любовь среди туманов, страница 182 – Кира Крааш

— Никаких разумных объяснений не существует для банального физического насилия! Хотите выяснить отношения – магией на арене и под присмотром квалифицированного персонала!

Молчавший до этого момента Маверик отмер и равнодушно сообщил:

— Магией я его убью.

— Это угроза? – осведомился господин Виллар.

Маверик продолжил изучать ландшафт за окном, и пришлось мне нехотя пояснять:

— Да какая уж тут угроза – констатация факта. Вы же не думаете, что сюда слабосилки приехали защищать вашу академию?

Ректор нехорошо так прищурился, а я, пользуясь его молчанием, решила все же прояснить ситуацию:

— Большой Эм, за что ты ему накостылял?

— За поганые слова, – спокойно ответил бывший кузнец.

— Че ж поганые, чистая правда, – огрызнулся потерпевший, но замолк, поймав взгляд Акселя.

— Ну ты поразвернутей как-то ответь, Эм.

Маверик вздохнул и, продолжая рассматривать зелень за окном, соизволил внести ясность:

— Местные считают, что инквизиция схалтурила, раз мы остались живы и дожили до настоящего возраста. Этот больше всех горланил, что надо нас добить, раз уж мы посмели заявиться сюда.

Пауза.

— Джастин? – Хант тяжелым взглядом посмотрел на потерпевшего. – Это правда?

Парень неопределенно повел плечом, и я не выдержала. Так обидно стало за всех нас и за Маверика!

— Трус.

Глаза у помятого светлого нехорошо вспыхнули, и он даже, кажется, хотел то ли сказать что-то, то ли сделать, но ректор стукнул по столу ладонью.

Все вздрогнули.

— Значит, так… – окинул он нас тяжелым взглядом. – Студент Вилдфар.

Маверик посмотрел на ректора.

— Первое и последнее устное.

Кузнец нехорошо прищурился, но промолчал.

— Студент Ковард. Месяц исправительных работ.

— За что?! – взвился парень.

— За несоответствие, – отрезал ректор. – Студентка Мортон.

— Я-то что?

— Вот именно, что ничего! Проведите разъяснительную работу со своими… иначе я вынужден буду уведомить вашего ректора о вашем безобразном поведении.

Вот тут уже мы с Мавериком синхронно скривились. Если светлый ректор нажалуется, то уже темный прикопает где-нибудь в горах. И до выяснения деталей не снизойдет.

— Между прочим, у меня тоже есть кое-какие вопросы… – начала обиженно я, намереваясь наябедничать на бардак в расписании, но Аксель меня перебил:

— Которые я с удовольствием помогу тебе решить, не тратя время господина Виллара.

А потом сцапал за локоть и почти что выволок из кабинета! Нет, ну что это за безобразие, почему светлые такие же наглые, как и темные?!

* * *

Едва мы вышли из кабинета ректора, Аксель меня отпустил, и я накинулась на него:

— Напомни, почему я не должна была жаловаться ректору на ваш бардак?

— Потому что Виллар не в духе, начнешь оправдываться или парировать – тоже получишь исправительные работы, – спокойно пояснил Хант.

— И почему я должна тебе верить?

— Потому что ты мне нужна не занятая общественной ерундой.

И, прежде чем я успела восхититься романтичностью данной фразы, добавил:

— Для написания доклада.

Нет, ну совсем никакого страха у этого светлого!

Пока мы препирались, нас обогнал битый студент, кинув на меня высокомерно-злющий взгляд. Даже не знаю, как у него это получилось, учитывая степень потрепанности.

Затем мимо попытался пройти Маверик.

— Большой Эм! – окликнула я кузнеца. – А почему ты не на занятиях?