Книга Ледяной дракон. Её истинный защитник, страница 5 – Светлана Алексеева

И когда я уже сидела на своей маленькой кровати, мои пальцы дрожали от усталости, ноги ныли так, будто я взбиралась на башню пешком сотню раз подряд. Но стоило мне вынуть из кармана записку, как в груди вспыхивал огонек, и я снова становилась легкой и была готова парить в воздухе.

Комната для прислуги была небольшой, мы жили тут вчетвером. Лиля и две служанки уже спали, я лежала на постели и делала вид, что тоже сплю. Но когда время наконец-то пришло, я накинула на плечи старую накидку и тихо вышла в коридор.

Дворец спал.

Я двигалась почти бесшумно, на цыпочках, зная каждый поворот, каждую тень. Я так часто пробиралась в ту самую Восточную башню, что могла бы идти вслепую.

Не каждый день, не каждую неделю, но от силы раз в две. И всегда поздно, когда в замке угасали свечи.

Никто не знал о наших встречах, и никто и не должен был узнать. Потому что между мной и принцем Эсмондом была не дружба, но и не признанная связь.

Между нами было что-то теплое, трепетное и робкое. То, что начиналось со случайных разговоров в саду, с того, когда он иногда просил меня почитать ему вслух, с того, как однажды его пальцы случайно коснулись моих, и я потом неделю не могла дышать, вспоминая то прикосновение.

Когда я поднялась по винтовой лестнице, сердце уже бешено колотилось.

И его тень я увидела первой.

Аврора

Принц Эсмонд стоял, прислонившись плечом к холодной каменной стене, словно ждал меня уже давно. Лунный свет стекал по нему серебром, и на мгновение мне показалось, что он не принц, а один из древних духов этих стен.

Но когда он поднял взгляд и увидел меня, его глаза потеплели так, что я забыла, как дышать.

— Аврора, — прошептал он мое имя, как тайную молитву.

Сердце в груди сорвалось на бег.

Я сделала шаг вперед, и он тут же оказался рядом, осторожно обнимая меня. Его руки были теплыми после ночного холода, и я позволила себе на миг уткнуться лбом в его грудь. Я сразу же почувствовала запах кожи и дорогого мыла.

— Ты устала, — мягко сказал он, проводя пальцами по моим волосам. — Я слышал, что на пиру была неразбериха.

Я тихо рассмеялась.

— Пир, как пир. Беготня, блюда, сто криков сверху и двести снизу.

— И все же ты пришла, — его тон чуть снизился, стал хриплым от нежности. — Ко мне.

Я подняла голову и увидела, как он смотрит на меня. Никто и никогда не смотрел на меня так. Так смотрят те, кто выбирает любовь несмотря ни на что.

— Конечно, пришла, — призналась я, чувствуя, как щеки вспыхнули. — Иначе бы сердце не выдержало.

Он улыбнулся своей красивой улыбкой, от которой у меня внутри все переворачивалось.

— Тебе понравился мой пирог? — тихо спросила я.

— Конечно, он был бесподобен.

Я довольно улыбнулась.

Мы стояли в тишине, слыша только ветер между зубцами башни. Мы стояли слишком близко и слишком опасно, но нам вдвоем было так прекрасно. И я не могла отстраниться.

Эсмонд взял меня за руку.

— Я должен тебе кое-что сказать.

Мой живот сжался от предвкушения.

— На следующей неделе, — он глубоко вдохнул, раскрывая свою грудь, — я расскажу обо всем отцу и матери. Я расскажу им о нас, Аврора.

Я резко отстранилась от него, как от обжигающего пламени.

— Эсмонд, нет, — прошептала я, чувствуя, как дрожь пробегает по пальцам. — Ты не можешь. Ты же понимаешь, чем все закончится?