Книга Шанс на счастье. Перерождение гадкого утенка, страница 27 – Виктория Хорошилова

— Сколько тебе понадобилось, чтобы свободно заговорить на Ялвийском?

Вот честно, смутилась сильно. Он это сразу понял.

— Месяц.

— О, это будет интересно. Давно я не встречал кого-то подобного. Сколько ты уже на Ялве?

— Почти две недели.

— Женихи есть? — кивнула. — Сколько?

— Двое.

— Хорошо. Тогда давай начнём наш урок. Готова к глубокому погружению в язык? — моя довольная улыбка была ему ответом.

Мы четыре часа без перерыва занимались. Он сразу дал базу по грамматике и по буквам. А потом я просто читала по слогам сразу и переводила. Точнее, Майтэн помогал с переводом. А я впитывала новые знания как губка и запоминала. На пятом часу я уже более бегло читала и запомнила все слова, что мы до этого прочли. Наставник был в приятном шоке. К нему подходил другой мужчина, мельком заглядывал в экран и отходил. Он что-то объяснял ему на том языке, который я не знаю, и это бесит.

— Прости, что отвлекся. Брату стало любопытно: это всё один ученик или уже другой, так бегло читает. Я тебе для домашней работы пришлю послушать записанные слова с переводом.

— Хорошо.

У него пиликнуло сообщение, и, прочитав его, он нахмурился, а потом, посмотрев на меня, спросил:

— Силы и желание ещё почитать и поговорить есть?

— Да, — сказала с улыбкой.

Он мне открыл новый текст, тут некоторые слова были переведены, а большинство — нет. Почитала ему ещё час разных текстов. Он помогал переводить, и если слова, что сегодня звучали, я спокойно переводила, то Майтэн переводил только новые. После дополнительного часа чтения он решил попробовать устную речь. Приходилось формулировать так, чтобы использовать слова, которые выучила.

— Как давно у тебя обожжены кисти?

Натянуто улыбнулась и расстегнула пару верхних пуговиц. Сейчас я была в рубашке, одела Стэйсона. Просто дома я хожу в футболках, а для урока я не хотела одевать платье и сверкать голыми руками тоже. Расстегнув несколько пуговок, показала, что там тоже ожог. Заметила, как у мужчины расширились зрачки. Потому быстро застегнула обратно и расстегнула манжет, показав руку больше.

— Насколько большой?

— Ниже ключиц вниз, спина полностью, руки, ноги. Одежда загорелась.

— Как давно?

— Двадцать лет назад, я была ребёнком, — сама не заметила, что отвечаю ему на общем языке.

— Но как?!

— Детская ревность, — на меня так ошарашено посмотрели, — старшая сестра дико ревновала меня к родителям.

— Её наказали?

— Я отказалась писать на неё заявление, ведь правда открылась не так давно.

Раздался звонок в двери.

— Кого-то ждёшь?

— Доставку.

— Поверни ноутбук так, чтобы входящий видел, что ты на видеозвонке, грубо говоря, что ты не одна. И говори на Ялвийском сейчас.

— Оу, точно.

Доставщик был молодой парень, про такого хочется сказать «размером со шкаф». Высокий и крепкий, в меру симпатичный. Он, увидев меня, замер, а потом подхватил кульки. Я пропустила его в квартиру.

— Где поставить?

— Возле кухонных шкафов.

Он сразу заметил ноутбук и моего собеседника. Буркнул тихо:

— Умно.

Больше ничего не говорил и молча перенёс все кульки с покупками. А потом я с ними расплатилась картой Яра, пусть порадуется. Проводив, закрыла двери на все замки и посмотрела в глазок. Сразу не ушёл, словно чего-то ждёт. Потом посмотрел на двери и позвонил.

— Она одна, но с включённой видеоконференцией с кем-то общалась.