Книга Лаванда и ментол, страница 121 – Александра Рябкина

И даже если бы около их машины остановился кто-то еще, Су Ен не смогла бы отказать себе в сексе со своей парой. Это было так же неотвратимо, как текущая по Помпеям лава из Везувия.

Су Ен уже была зависима от властности, которую Юн Хо вкладывал в каждый поцелуй, в каждое движение. Ей нравилось, как нареченный сминал ее губы своими, как пылко наслаждался ею. И с каким близким к безумию томлением мучил Су Ен пальцами.

— Ты так намокла, что испачкала мне брюки, – прохрипел Юн Хо. Сложно было не услышать довольство в его голосе, граничащее с желанием обладать.

— Я хочу почувствовать всю тебя. – Су Ен плясала на грани между реальностью и фееричным оргазмом, но пальцев уже не хватало.

— Ваше слово – закон, госпожа Нареченная.

Послышался звон пряжки ремня, и от одного этого звука низ живота Су Ен свело судорогой ожидания. Она захныкала, ловя тяжелое дыхание Юн Хо губами. Благодаря их связи Су Ен знала, как сильно он сдерживает себя, чтобы шквал его желания не снес Кан Су Ен.

— А когда-то ты говорил, что не позволишь этому случиться в машине. – Она прикусила мочку уха своего нареченного, но очень быстро пожалела о своих словах.

Весь воздух из легких выбило ощущение заполненности. Юн Хо мягким, но неотвратимым движением оказался внутри Су Ен. И остановился, тяжело дыша в шею нареченной.

— Ты куда убедительнее, чем я думал, – с усмешкой прошептал Юн Хо и осторожно подался бедрами навстречу. – Такая горячая и влажная. И только для меня.

Су Ен почувствовала, как от слов Юн Хо сжались ее внутренние мышцы. Она была его, принадлежала ему. И была счастлива это признать, хотя никогда не считала себя покорной и любящей быть подавленной чужой волей.

Но потом в ее жизни появился Хван Юн Хо. И доходчиво продемонстрировал на практике, что такое быть с ним, с волколаком, который умеет в нужное время проявить мягкость, а в другое – силу и власть.

— Да. Я твоя.

Со стоном Су Ен опустилась на возбужденную плоть своего мужчины. Он же откинулся на спинку сиденья, но взглядом продолжил пожирать ее. Точно так же, как и направлять каждое движения Су Ен. Пальцами он впивался в кожу на ее бедрах, но ощущение полного контроля стало для Су Ен настолько же соблазнительным, как и ухмылка, которая красовалась на лице Юн Хо.

— Я хочу, чтобы ты показала всем, что я тоже принадлежу тебе. – Он провел языком по губам. – Оставь на мне свою метку, госпожа Нареченная.

Оглушительное блаженство выключило в подсознании Су Ен все человеческое. Она была оголенным проводом, который искрил и толкал на безумные мысли и поступки. И если раньше Су Ен отвергала всю эту волчью чушь, то сейчас зуд, саднящий в деснах от желания укусить, опровергал прошлые предрассудки.

— Будь хищницей, Су Ен, чтобы ни одна женщина больше даже не посмотрела на меня.

Она видела, как взгляд Юн Хо затянулся звериной поволокой. Он будто все сильнее пьянел от каждого движения. Новое погружение внутрь Су Ен отражалось на лице Юн Хо очередной вспышкой страсти.

— Ты обезумел.

— И в этом виновата только ты, – рыкнул Юн Хо, погружаясь в Су Ен на всю длину.

Потребность оставить на своей паре след с остервенением всколыхнулась внутри Су Ен. Никогда прежде она не сталкивалась с такой кровожадной решимостью со стороны своего внутреннего зверя как в миг, когда перед ней замаячила покрытая маленькими капельками пота кожа нареченного.