Книга Медвежье сердце, страница 102 – Елена Михалёва

Но теперь предстояло перейти к другой части истории. Той, в которой она не жертва, а покорная слуга Черного Двора.

— Поначалу я боялась его, ненавидела всей душой, но потом, – девушка замялась на мгновение, подбирая слова. – Потом я прислушалась к тому, что он говорит, и даже прониклась его идеями. Поверила в то, что все его зверства идут во благо.

Она шмыгнула носом, словно стыдясь собственных слов.

Керика молчала. Она слушала с совершенно невозмутимым лицом. Не осуждала, но и не оправдывала.

— Он говорил, что желает уберечь носителей темного дара от гонений, – вполголоса продолжала Алиссана. – Что в мире все должны быть равны, и несправедливо, что Император и маги Академии решают, жить ли отдельным проклятым или нет. Говорил, деспотизм правящей верхушки нужно пресечь. И сделать это так, чтобы другим стало неповадно. Чтобы проклятых начали уважать и относиться как к равным. Ведь человек, становясь оборотнем, не должен лишаться права на жизнь. Не должен оказываться особо опасной тварью из бестиария, для которой единственный исход – смерть. Любой представитель Черного Двора разумен. Он хочет выжить, а не становиться жертвой гонений, ведь зачастую он невиновен в том, что с ним происходит.

Девушка замолчала, сглотнула тяжело, прерывая свою жаркую тираду. Она прекрасно понимала, что времени совсем мало, что нельзя медлить, но слова не шли с языка, а тело от волнения била такая крупная дрожь, что застучали зубы. Точно она снова оказалась в руках своего господина, и он смотрит прямо на нее, лишая последних крупиц воли.

Алиссана зажмурилась так крепко, как могла. Стиснула зубы, чтобы унять этот противный стук. Сжала кулаки так, что ногти болезненно впились в плоть. Медленно выдохнула через нос.

Теплые руки обняли ее, притягивая к себе. Алиссана вздрогнула, открыла глаза. Керика заключила девушку в объятия, и та уткнулась носом в воротник бордовой рубашки, пахнущей апельсином и алхимическими реагентами. Женщина осторожно погладила Алиссану по голове. Никуда ее не торопила. Не осуждала. Не сыпала наставлениями. Просто успокаивала с терпеливым материнским участием.

Тарнен судорожно вздохнула. Почувствовала, как затихает дрожь в теле. Как тепло вокруг. Как уютно в этой комнате. Как спокойно. И нет ничего общего с тем ужасом, что остался позади в холодном чреве разрушенных башен посреди зимнего леса.

— И он послал тебя убить нашего ректора? – тихо осведомилась Керика.

Алиссана отстранилась, понимая, что ответ может ее уничтожить.

— Не только его. Вас тоже, – девушка подняла воспаленные глаза на мастера над рунами в ожидании всплеска гнева, но та никак не реагировала. – Убить вас обоих, чтобы обезглавить Академию окончательно… Мастер Гарана, я должна открыть вам еще кое-что.

— Ты можешь рассказать все, не страшась моего осуждения, – заверила женщина.

— Взрыв в Академии не был несчастным случаем, – призналась Алиссана. – Один из адептов был завербован заранее. Он много лет тайно служил Черному Двору и пронес на экзамен реликтовый кинжал с Неукрощенным огнем. Он призвал Инферно, прекрасно зная, что умрет. Ему очень хорошо промыли мозги.

Керика Гарана кивнула. О том, что она уже знала про кинжал, женщина решила пока умолчать.

— Продолжай, Лис, – она ободряюще сжала руку девушки.