Книга Медвежье сердце, страница 104 – Елена Михалёва

— Лис, мне нужно знать имя того, кто стоит за всем этим. Ты назовешь его?

Девушка тяжело сглотнула. Снова кивнула. И тихо произнесла:

— Эгис Толверт.

В кабинете Императора было весьма многолюдно. Сам Салдор Септиан сидел во главе стола. Кресло по левую руку от него занимал Авериус Гарана. Место справа пустовало. Но на остальных расположились самые разные люди, включая Ивроса Норлана, братьев Корвесов, Керику Гарана, Алиссану Тарнен, капитана городской стражи Ронаса Герхарда, обоих Верховных Понтификов в сложных одеяниях, а также глав ордена паладинов, императорских клевретов и храмовой стражи. Они обдумывали то, что в очередной раз пересказала Алиссана.

— Мы все еще возражаем против присутствия предательницы на важном государственном совете, – с кислой миной заявил один из понтификов, сухощавый и долговязый Велитар в сине-золотых одеждах Церкви Тьмы. Ивросу он напоминал богомола, упавшего в чернильницу.

— Вся информация от нее нами услышана, – протяжным, монотонным голосом выразил свое согласие второй понтифик, низкорослый и дородный Фаррон в бело-серебряных нарядах Церкви Света. – Предательницу надлежит поместить под стражу до завершения следствия.

Алиссана с шумом вдохнула воздух. Втянула голову в плечи и откинулась назад на стуле, сконфуженно оглядывая присутствующих.

Керика Гарана, сидевшая справа от нее, ободряюще улыбнулась ей, а потом бросила короткий взгляд на ректора. Брат и сестра Гарана не обладали той удивительной телепатической связью, как Корвесы, однако они в том не нуждались. Ректор Академии Чародейства и так все прекрасно понял.

— Девушка останется здесь, при мне, – сухо отрезал Авериус Гарана, пока никто иной не успел вставить хоть слово. – Предательница таковой более не является. Она прошла полную процедуру очищения и находится под строгим надзором мастера над рунами. До момента, когда я приму решение…

— Ваша сестра не вправе заведовать такими вопросами, – перебил архимага Верховный Понтифик Фаррон все тем же тягучим, как патока, голосом. – Налицо серьезное государственное преступление – измена Империи.

Рыжая девушка побледнела так, что веснушки сделались видны особенно отчетливо. При этом вид она имела такой несчастный, что сидевший рядом с ней Иврос невольно ощутил укол жалости.

— Смею напомнить, что Алиссана Тарнен остается адепткой Академии Чародейства, – ледяным тоном произнес ректор, поймав очередной короткий взгляд сестры. – Я не помню, чтобы подписывал приказ о ее отчислении. А как всем нам известно, суд над адептами Академии имеет право вершить только ректор и старший деканский состав. Это закон, – зеленые глаза чародея сузились. – Проявите уважение к закону. В отношении жертвы Черного Двора в особенности.

— Она была бы жертвой, если бы… – грузный понтифик снова открыл рот, но умолк тотчас, как Император воздел руку, взывая к тишине.

— Прекратите препирательства, – Салдор Септиан устало помассировал виски. – Мастер Гарана прав. Девушка должна присутствовать, поскольку может предоставить нам новые сведения, если вспомнит что-то еще, – он перевел взгляд на капитана Герхарда. – Как проходит эвакуация жителей окрестных деревень?

— Все свободные силы брошены на это, мой Император, – ответил широкоплечий Ронас Герхард.