Книга Мышь, страница 54 – Марина Богданович

— С радостью, — просиял Майк; и мне ничего не оставалось, как отступить на шаг, пропуская парня в квартиру.

Пройдя на кухню, я полезла в шкаф, чтобы найти стакан для молока — единственный напиток, который я могла ему предложить кроме воды из-под крана.

— У меня есть только молоко, — бросила я через плечо, держа в руках добытый стакан.

Я обернулась и в прямом смысле напоролась на широкую грудь Майка, который бесшумно подошел совсем близко.

— Прости, — он тут же сделал шаг назад, — хотел помочь тебе достать стакан.

Его взгляд прошелся по столу, на котором стоял открытый контейнер с едой и прочие немногочисленные продукты.

— Я прервал твой ужин, — Майк снова выглядел виноватым. — Я вообще-то не голоден, может, чаю бы выпил.

— Э-э-э, у меня, наверное, нет чая, — честно призналась я.

— Ага, — отчего-то широко улыбаясь, ответил Майк, и, глядя на него, мне тоже захотелось улыбнуться. — Так я сейчас принесу пару пакетиков, если ты непротив?

— Можно, — я пожала плечами. Я пила чай на работе, но и сейчас бы не отказалась.

— Тогда я мигом, а ты ешь, пока не остыло, — мой сосед кивнул на контейнер с едой и быстрым шагом направился к двери.

Спустя пять минут, когда я уже умяла добрую половину своего ужина, в дверь постучали и тут же ее открыли.

— Ничего что я так, по-свойски? Просто не хотел, чтобы тебе пришлось идти мне открывать, — оправдывался мой гость.

— Ничего, — искренне ответила я.

В Майке и правда было что-то, что делало его своим с первых минут: какая-то естественная простота и непринужденность.

— Я тут рыбного пирога принес, мама испекла, и чай сейчас сделаем, ты не вставай, кушай.

Майк поставил тарелку с ломтями пирога на стол и пошел набирать воду в чайник.

— Как прошел твой день на работе? — Спросил он, ставя две кружки с горячим напитком: одну передо мной, а другую забирая себе.

Я не знаю, почему этот распространенный вопрос, который мне всегда задавал Джош после рабочей смены, вызвал у меня такую реакцию, но мне внезапно и невыносимо сильно захотелось плакать навзрыд. Слезы навернулись на глаза, но я не давала им волю. Я сжала вилку в руке до побелевших костяшек.

— Хорошо, — выдавила я из себя, опустив голову ниже. — А твой?

— Камилла, что случилось? — Почти шепотом, с тревогой в голосе спросил Майк, стараясь заглянуть мне в лицо.

Черт, ну что со мной происходит?! Все же было нормально. Все действительно было нормально, учитывая, что я могла оказаться в гораздо более тяжелом положении.

— Майк, пожалуйста, уйди, — ответила я, отворачиваясь от него.

— Да, — растерянно ответил он, — конечно.

Я услышала, как ножки его стула проехали по полу, как его почти бесшумные шаги становились все тише, когда он шел к входной двери, как дверная ручка тихо скрипнула от нажатия, и в этот момент я шумно шмыгнула носом от слез, которые мешали дышать.

Ручка вернулась в исходное положение, а входная дверь так и не открылась — сидя за обеденным столом, мне было отлично видно высокую, крепкую фигуру Майка, стоящую ко мне спиной. Одним кулаком он уперся в дверь, глядя куда-то себе под ноги.

— Я сейчас уйду, как ты и просила. Только пожалуйста, не плачь. — Он замотал головой. Я не знаю, что у тебя произошло… я очень хотел бы помочь или хотя бы выслушать, если ты позволишь остаться. Скажи, я могу как-то помочь?