Книга Волшебная кондитерская в сером городе, страница 29 – Стаси и Элен Твенти

Впервые они говорили на одном языке, обсуждая не ее выпечку или его сарказм, а общую, до боли знакомую реальность.

— Значит, придется по старинке, — сказал он, решительно откладывая вибрирующий артефакт и беря в руки обычный немагический нож. — Руками.

Они принялись за работу. Алекс, верный своей натуре, вырезал идеально ровные, симметричные треугольники. Алина же творила — ее тыквы подмигивали, хитро улыбались и показывали языки. В воздухе смешались запах тыквы, корицы и кофе.

— Нет-нет, вот тут улыбку нужно сделать чуть хитрее, — сказала она, наклоняясь над его тыквой. — Смотри, вот так, немного изогнуть уголок…

Она потянулась к ножу в его руке, чтобы направить лезвие. Ее тонкие пальцы накрыли руку Алекса, лежавшую на гладкой оранжевой кожуре.

Время замерло.

Ее рука была теплой. Его пальцы — прохладными от металла ножа. Легкое, почти невесомое прикосновение ощутилось, как разряд статического электричества. Разговоры и смех оборвались. Единственным звуком в магазине осталось тихое тиканье часов на стене.

Алекс почувствовал, как кровь приливает к щекам. Он резко убрал руку, словно обжегшись.

— Я... я понял, — выдавил он, не глядя на нее и уставившись на тыкву так, будто это был самый интересный объект во вселенной.

— Да... хорошо, — так же тихо ответила Алина и быстро отступила на шаг, делая вид, что ей срочно нужно вытереть руки. Она тоже покраснела до кончиков ушей.

Неловкая тишина повисла между ними, плотная и звенящая. Они продолжили работать, уже не разговаривая, но воздух в комнате изменился. Он стал густым, наэлектризованным, полным невысказанных слов и случайных взглядов. И когда они закончили и выставили на прилавок целый ряд ухмыляющихся, подмигивающих и просто веселых оранжевых рожиц, Алекс понял, что его ежедневный ритуал уже давно перестал быть просто походом за кофе.

«У меня красивые ресницы».

Эта фраза стала для Лизы чем-то вроде секретного заклинания. Она повторяла ее про себя, когда нужно было набраться смелости, чтобы заговорить с кем-то в коридоре, или когда ловила на себе чей-то взгляд. И что-то неуловимо менялось. Словно трещина во льду ее неуверенности потихоньку расползалась, пропуская внутрь немного света.

После того случая на истории магии к ней на перемене подошла Соня из ее класса, бойкая девочка с двумя тугими косичками.

— Ничего себе ты выдала! — с восхищением сказала она. — Я думала, ты только делаешь вид, что умная, а ты, оказывается, шаришь!

Так у Лизы появился первая... если не подруга, то приятельница. А за Соней подтянулся тихий, вечно рисующий в своем блокноте Миша. Оказалось, что они втроем любят одни и те же книги про приключения в Затерянных Королевствах. И впервые в жизни Лизе было с кем обсудить не только уроки.

Именно Соня первая увидела объявление, когда они проходили мимо «Сладкой Фантазии» после школы.

— Вы это видели?! — взвизгнула она, прижимаясь носом к стеклу витрины. — Хэллоуин! С конкурсом костюмов! И тыквы! Я обожаю Хэллоуин!

Миша с интересом рассматривал нарисованных летучих мышей.

— Выглядит круто, — тихо признал он.

Лиза смотрела на яркий плакат, и ее сердце забилось чаще. Это был ее магазинчик. Место, где начались ее перемены. И сейчас ему, кажется, была нужна помощь. В окне Лиза увидела уставшую, но решительную Алину, окруженную горой тыкв. Идея родилась сама собой, смелая и немного пугающая.