Книга Поменяться местами. Бунтарка и тихоня, страница 39 – Вероника Крымова

— Ах, вот ты где! - всплеснула руками тётя, хотя я стояла перед ней уже минуту. - Проходи, не стой столбом, надо снять мерки. Времени мало, такая поспешная свадьба!

Модистка ловко закружила вокруг меня, прикладывая ленту то к талии, то к бёдрам, то к плечам и все время щебетала без умолку:

— Ой, какая тонкая талия! Прямо осиная! Вы, леди, наверное, совсем не кушаете? Ах, какая прелесть! Я такой изящной фигурки давно не встречала!

Я скромно потупилась, стараясь не заржать. Осиная талия? Да у меня, то есть у Беатрис, талия такая, что перетянуть можно - и не заметишь. Кормить надо лучше. Жлобы…

Селия, услышав про «осиную талию», скривилась так, будто ей схомячила пригоршню клюквы, без сахара. Её физиономия выражала всю гамму чувств от «ну надо же, этой замухрышке повезло» до «почему не мне достался богатый жених».

— Вы успеете сшить свадебный наряд за такой срок? - спросила леди Амалия у портнихи.

— Придётся увеличить гонорар за срочность, - деловито ответила та, не переставая орудовать лентой.

— Мы не поскупимся, - величественно кивнула тётя.

«Мы». Угу. Как же. Скорее уж жених заплатит, судя по тому, какие подарки он дяде привёз.

Фасон платья со мной, разумеется, никто обсуждать не собирался. Тетушка сама выбрала ткань - тяжелый кремовый атлас, расшитый серебряной нитью. Дорого, богато, но как-то… мрачновато для юной девицы, без изюминки.

— Вырез не нужно делать, лучше глухой воротник-стойка, - командовала тётя. - И рукава длинные.

Я стояла, разведя руки в стороны, и мысленно усмехалась, делайте что хотите, всё равно это платье носить не мне, а через две недели я буду далеко отсюда. Надеюсь…

Но червячок внутри меня не унимался, свернулся клубочком и тихонько поскребывал изнутри: А точно всё будет хорошо? А если Беатрис в опасности?

— Всё будет хорошо, - прошептала я себе под нос.

Селия, сидевшая в углу, вдруг подала голос:

— Маменька, а на бал мы поедем сегодня? Герцог Вальтур точно там будет?

— Обязательно, дорогая, - отозвалась тётя, и в её глазах загорелся азартный огонёк. - Ты должна быть неотразима.

Я покосилась на Селию. Та уже строила планы по охоте на «лакомый кусочек», и, судя по её лицу, она думала, что кусочек этот уже лежал перед ней на серебряной тарелочке, оставалось только открыть ротик и ам…заглотить его целиком.

— Удачи, - одними губами прошептала я, но, кажется, вышло слишком искренне. Селия подозрительно на меня зыркнула.

— Ты чего лыбишься? - буркнула кузина.

— Ничего-ничего, - я поспешно приняла самое скромное выражение лица. - Радуюсь за тебя. Очень надеюсь, что герцог оценит твои… достоинства.

Селия фыркнула, но промолчала, а я уже жалела бедолагу герцога, который даже не подозревает, какая на него охота открыта.

Перед глазами вспыхнула картинка - яркая, как в театре теней. Огромный бальный зал, хрустальные люстры, зеркала в золочёных рамах, и посреди всего этого великолепия - герцог Вальтур, красивый, статный, в безупречном фраке, ни о чём не подозревающий, а вокруг него, как хищница в засаде, крадётся Селия в своём розовом платье с умопомрачительным количеством рюшей. Она подкрадывается ближе, ближе, ещё ближе...

И тут я прямо-таки увидела эту сцену: упитанная кузина, похожая на хорошо откормленного мопса в кружевах, с криком "Держи его!" выскакивает из-за колонны и начинает гонять бедного кролика-герцога по всему бальному залу. Топот, визг, развевающиеся юбки, сбитые причёски и летящие во все стороны бутоньерки. Герцог мечется между танцующими парами, пытаясь спастись, но Селия, несмотря на свои габариты, проявляет чудеса ловкости и маневренности, загоняет в угол, отрезает пути к отступлению, и с криком: " Я падаю прямо в ваши объятия, герцог!" валит его на паркет.