Книга Поменяться местами. Бунтарка и тихоня, страница 80 – Вероника Крымова

Ксандер замер, его глаза расширились от удивления, но он быстро взял себя в руки.

— Я не подведу, - сказал Вейланд, принимая повязку.

— Ладно, посмотрим, - отрезал Смок, заметно приуныв. - Ребята, главное помните: важна не победа, а участие. Мы и так за десять лет первый раз в финал попали. Это уже большой успех!

Команда разбрелась, кто-то побежал переодеваться, кто-то разминаться. Смок вышел, разговаривая по артефакту связи. Гул голосов постепенно затих.

Я выскользнула из-за колонны и рванула в сторону медпункта, который находился на первом этаже, толкнула дверь и замерла. В небольшой уютной комнате с белыми стенами, пахнущей травами, на кушетке сидела Трис. Её бледное лицо опухло от слез, а глаза покраснели. Рядом, на стуле, сидела мама и гладила её по голове.

— Огонечек, всё будет хорошо, - говорила мамуля тихим, спокойным голосом. - Главное, чтобы ты была здорова, а соревнования… плевать на них.

Трис зарыдала еще горше.

— Беатрис, - тихо сказала я, делая шаг вперёд.

Она подняла голову и в этот момент её глаза - мои глаза – вспыхнули от облегчения.

— Рокси? - выдохнула Трис. - Как ты… ты здесь?

— Приехала, - сказала я, подходя ближе. - Как только узнала.

Мама обернулась, брови удивлённо поползли вверх.

— А что… - начала она, но я её перебила.

— О, мам, давай отложим объяснения на потом, ладно?

— Чего-чего? - брови её взлетели ещё выше, она встала, упёрла руки в бока и посмотрела то на Трис, то на меня, а затем её брови поползли вверх. - Так вот оно что… а я-то думала… а я подозревала! Слишком уж моя дочка покладистой стала, ласковой… думала, выросла, поумнела… а оно вон чего… ах вы…

— Мамуля… то есть миссис Игнис, ради всех богов, простите, это моя вина, - зарыдала Трис, хватая её руку, но мама вырвала ладонь, и на лице Трис отразилась мрачная тень безнадёги.

— Или вы мне всё рассказываете, или я…

— Это моя вина, Беатрис ни при чём, - вздохнула я.

— А знаешь, Огонечек, я даже не сомневаюсь в том, что это именно ты влезла в неприятности…

— Ну, мам…

В этот момент прозвучал колокол.

Нет! Соревнования уже начались.

Я с досады топнула ногой, решительно подлетела к Трис, и схватив ее за руку, утащила в коридор.

— Роксана, прости, я не думала, что так получится… прости…

Трис судорожно вздохнула и бросила за мою спину тоскливый взгляд. Там, через открытые двери медпункта, виднелась разъярённая мама, которая всё ещё стояла, уперев руки в бока, и грозно смотрела на нас двоих.

— Почему ты всё время извиняешься? - раздраженно бросила я. - Разве в чём-то виновата…

— Я должна была сообщить тебе про чемпионат, но растерялась. Забыла кольцо… а потом струсила, не рассказала маме про обмен… боялась подвести тебя и…

Беатрис всхлипнула и вытерла тыльной стороной ладони скатившуюся по щеке слезу.

— Эй, ты чего девочку допекаешь? - послышался грозный окрик мамы.

— Мам, не лезь, ладно? Нам надо поговорить с Трис…

— Я вижу, она плачет!

— Она и до этого ревела…

— Это ты виновата!

— Ага! Я. Да! - вскрикнула я нервно. - Вот такая я у тебя непутевая, всегда лезу в неприятности.

— Я этого не говорила!

— Ну конечно…

— Мамочка… то есть миссис Игнис, Роксана, пожалуйста, не ссорьтесь из-за меня, - прошептала Беатрис.

— А мы и не ссоримся, деточка, - фыркнула мама. - Роксана всегда так себя ведёт. Когда она слушала мои советы? Ха! Всегда всё делает по-своему. «Не лезь, мама, я сама всё знаю!» И что же ты, вот, знаешь, дорогая?