Книга Развод с драконом. Ненужная жена родового дома, страница 46 – Ангелина Сантос

Элиана подошла к ним и присела рядом.

— Мира, Теон, послушайте меня. Вы можете говорить то, что чувствуете. В этой комнате — можете. Никто не будет вас за это наказывать.

Теон сразу спросил:

— А если я чувствую, что хочу пирог?

Магда фыркнула.

— Этот мальчик однажды спасется от проклятия только наглостью.

Элиана провела ладонью по волосам Миры.

— Мы поговорим о пироге позже.

— Все важное всегда потом, — вздохнул Теон.

Рейнар вдруг сделал шаг вперед.

— Нет.

Все посмотрели на него.

Он будто сам не сразу понял, что сказал это вслух. Потом медленно выпрямился.

— Не потом. Сейчас.

Элиана насторожилась.

— Что именно?

Рейнар смотрел на детей.

— Вы останетесь в детской башне. Двери будут охранять мои люди. Никто не войдет без моего приказа. Ни леди Моррен, ни старейшины, ни слуги из гостевого крыла. Еду будут проверять Магда и Лина. Зеркала, серебро, вода, стекло — все уберут или закроют. Ночью у дверей будет стоять двойная стража.

Теон слушал с возрастающим восторгом.

— А мечи у них будут?

— Будут.

— И огонь?

— Если понадобится.

— А мне дадут маленький кинжал?

— Нет.

— Но если нападут…

— Тогда твоя задача — слушать леди Элиану, Магду и Лину.

Теон нахмурился.

— Опять не героически.

— Иногда самое героическое — не мешать тем, кто тебя защищает.

Мальчик подумал.

— Это скучная героика.

Рейнар едва заметно смягчился.

— Зато живая.

Элиана смотрела на него, и в этом разговоре было то, чего она не ожидала: он не отмахнулся от детского страха, не назвал зеркала суеверием, не приказал забыть. Он говорил с ними как с людьми. Опоздал на полтора года, но все-таки начал.

Это не отменяло ничего.

Но мешало ненавидеть его просто.

А ей сейчас хотелось простоты.

Рейнар повернулся к ней.

— Ты перейдешь в восточное крыло.

— Что?

Вот и все.

Мягкость закончилась.

— До полнолуния. В моих покоях защита сильнее. Там родовая печать главы, драконий огонь и стража.

Элиана медленно поднялась.

— Нет.

Он даже не удивился, будто ждал.

— Элиана, это не время для споров.

— А когда будет время? После того как ты решишь, где мне спать, кого видеть и как дышать?

— Речь о безопасности.

— Каждый раз, когда ты произносишь это слово, у меня становится меньше прав.

Рейнар сжал челюсть.

— Селеста уже пыталась войти в западное крыло. Мертвые хозяйки предупреждают через детские зеркала. Твоя печать не полная, дом нестабилен, совет готовит проверку. Я не позволю тебе оставаться в крыле, которое может стать первой целью.

— Ты не позволишь?

Воздух изменился.

Мира сжалась на диване. Теон перестал ерзать. Магда тихо поставила раму к стене.

Рейнар понял ошибку, но было поздно.

— Я не это имел в виду.

— Именно это.

— Я хочу защитить тебя.

— Ты уже пытался. Разводом за ужином.

Он вздрогнул, но не отступил.

— Да. И ошибся. Но если ты думаешь, что теперь я буду стоять и смотреть, как опасность подбирается к тебе, только потому что боюсь снова сказать не то…

— Я думаю, что ты все еще не умеешь видеть разницу между защитой и владением.

Слова ударили в комнату, как раскрытая дверь на морозе.

Рейнар молчал.

Элиана чувствовала, что дети смотрят. Это было плохо. Ссориться при них нельзя. Но и проглотить приказ — тоже нельзя. Не после всего. Не когда Селеста уже пыталась зайти через цветы, когда Моргарт ждал слабости, когда дом только начал слушать ее голос.