Книга Двери не для фэйри, страница 13 – Надежда Мамаева

Отсеченный обгрызыш тут же был отдан пушистой заразе. Кошка впилась в него зубами и заурчала. А следом за мантикорой и я, когда вонзила зубы в свой ужин.

Наше общее блаженство прервал звонок в дверь. Я слегка удивилась, но пошла открывать. На пороге стоял… Язва собственной недовольной персоной.

Он не успел сказать ни слова. Я подняла палец в жесте, призывающем к молчанию, развернулась на пятках, оставив дверь открытой (а смысл? все равно ведь зайдет, если захочет), и вернулась из кухни уже с мантикорой в руках. Передала пушистую под ее негодующее урчание хозяину и захлопнула дверь.

И, только глядя на закрытую створку, поняла, что не сделала главного – не потребовала деньги за продукты, которые киса сожрала. А это, между прочим, целая сотка!

Я решительно взялась за ручку, потянула ее на себя, готовясь, если фэйри успел уйти, выкрикнуть на всю улицу сумму ему вдогонку, но…

Стоило только распахнуть дверь, как выяснилось, что сидхе стоит на пороге с… купюрой в руках.

— Кажется, именно столько? – прохладно уточнил он, зажав банкноту между указательным и средним пальцами.

— Да… – растерянно протянула я, не успевшая выставить счет за съеденное мантикорой. – А откуда?..

— Вы иногда слишком громко думаете, – процедил фэйри. – Через дверь слышно…

С этими словами он буквально вложил деньги мне в руку и, не прощаясь, ушел. Зато вместо него кое-что пришло. Озарение. Это же он, выходит, мои мысли вчера слышал: и как я его материла про себя, и посылала, и…

Как-то неудобренного вышло. Пусть и честно. Зато хотя бы в этот раз мне возместили продуктовый ущерб.

Жаль только, что о моральной компенсации не стоило даже мечтать. Подумав об этом, я вздохнула и решила, что раз уже с ужином как-то не задалось, то, может быть, с ароматной теплой ванной выйдет лучше.

Воду набрала быстро, щедро плеснув в нее пену на основе отвара ромашки с мятой, и погрузилась в теплое пышное облако с мыслями о том, что все же нет в мире лучшего средства от усталости, чем горячая ароматная ванна и хорошая премия. Лучше всего, конечно, всемирная премия в области искусства, например, но и сотка от фэйри тоже сойдет.

— М-м-м, – блаженно протянула я, наконец почувствовав, что этот непростой день закончился.

И буквально тут же раздался звонок амулета связи, словно судьба мне напоминала: ан нет, ничего еще не закончилось. Все в самом разгаре.

— Я сегодня пессимистка, – возразила мирозданию и… решительно не стала вылезать из ванны.

Словно услышав мой ответ, переговорщик заглох. А я не отказала себе в удовольствии погрузиться в пену с головой. Вода была теплой, нежащей, расслабляющей, дарящей невесомость. Она смывала всю усталость и заботы разом.

Когда я вынырнула, то почувствовала разлившийся в небольшом помещении аромат мяты, мышцы расслабились, я ощутила все свое тело от макушки до пяток, каждую мышцу. То, как спина, сегодня весь день ссутуленная от работы, наконец распрямляется, как из затекшей поясницы уходит боль, как пальцы правой руки, весь день державшие писчее перо и стенографировавшие, расслабляются, как веки тяжелеют и…

Очнулась я уже за полночь в подстывшей ванне. Выругалась, поняв, что уснула, уже ритуально помянула фэйри с его визитом, будь этот сидхе неладен, быстро приняла душ, завернулась в теплый халат и завалилась спать.