Книга Двери не для фэйри, страница 31 – Надежда Мамаева

Добавить к этому то, что в партии оказалось множество быстрых переходов от высоких нот к низким, отчего тенору приходилось постоянно то задирать голову, то опускать ее… Со стороны, с учетом ирокеза, было полное ощущение, что исполнитель клюет зерно, как вульгарная курица, а не величественный сын небес, которого он должен был изображать.

Во-вторых, рядом со мной была пушистая фанатка. Правда, поклонницей ли музыки была киса или курятины – еще не известно.

Ну а в третьих, опера была на схинском! И я могла поклясться, что большая часть зала этого языка не знала. Мало того, не говорил на нем и тенор. Иначе бы он так ужасно не промахивался мимо ударений и не коверкал бы даже самые простые слова.

В общем, жалко было всех. И исполнителя, и зрителей, и себя… Себя особенно.

— Сколько будет длиться это испытан… исполнение оперы? – поправилась я в последний момент, но все же не удержалась и усмехнулась под конец.

— Три часа, – отозвался абсолютно серьезно фэйри, и лишь по тому, как дернулись уголки его губ, я поняла: его самого ситуация забавляет.

Это и стало его роковой ошибкой. Потому что я уже больше не смогла сдерживаться.

— Три часа слушать это? – даваясь смехом, уточнила я.

— Мяу-у-у, – вторя моим словам, вдохновенно взвыла киса.

На нас уже начали неодобрительно коситься из других лож. Но я не в силах была остановиться. Да и сидхе, поддавшись моему заразному веселью, уже не пытался скрыть улыбку…

— Я не мог подумать, что получится так… – признался он и щелкнул пальцами, создавая полог тишины.

Зрители оборачиваться на нашу ложу перестали, обратив все свои взоры на сцену. А я же не могла взглянуть туда без смеха.

— Что? – подначивая меня, спросил дивный.

— Бедный певец, – отозвалась, указывая на тенора.

— Эм?

— Мало того, что его заставили выучить свою партию на чужом языке, так и нарядили еще в этот костюм…

— Никогда не думал, что сочувствуют так заразительно, – улыбаясь, ответил фэйри.

— Просто чувство юмора во мне сильнее чувства жалости, – призналась честно.

— В следующий раз, планируя что-то подобное, я это учту, – заверил меня дивный.

— Следующий? – Я внимательно посмотрела на дивного, который вдруг стал серьезным. Мне хотелось задать тысячи вопросов. А еще попросить не шутить так с обычной девушкой. Ведь я прекрасно осознавала, кто я и кто он. И что между нами пропасть. Да такая, что даже и думать не стоит… Хотя порой очень хотелось. Хотя бы помечтать. – Зачем? – сорвалось с моих губ раньше, чем я успела подумать.

— А зачем вообще существуют свидания? – так и не ответив на мой вопрос, в свою очередь спросил фэйри.

— Кирнаирэль, не… – начала было я, но дивный меня перебил:

— Можно просто Кир. Или Язва, – назвав свое мысленное прозвище, усмехнулся этот… Язва!

— Ты обещал не рыться в моей голове! – возмутилась я.

— А меня там и нет. Но в ночь нашего знакомства ты слишком громко думала… Я просто не мог не запомнить. Так меня еще ни разу не называли.

Этот дивный невыносим! Зато сам с легкостью вынесет все мозги кому угодно! Еще пару минут назад мне хотелось улыбаться ему, а сейчас – придушить!

— Хорошо, Кир-р-р, – прорычала я. – Хватит этого твоего дивного юмора, который иногда не отличить от издевки…

— Я не шучу. – Сидхе посмотрел мне прямо в глаза. – Я хочу тебя, – он сглотнул, – узнать получше. Позволь мне это.