Книга Ты просто огонь!, страница 66 – Надежда Мамаева

— А почему ты решил, что музей горел не совсем обычно? – прищурившись единственным глазом, уточнил Юрик.

— Высокая тепловая нагрузка… Плюс ускорители: как будто всю горючку специально, загодя, в одно место снесли… Хотя, может, и специально: ремонт же строители закончили, – подумав, ответил я.

— Что это значит – тепловая нагрузка? – подперев подбородок рукой, спросила демоница и нахмурилась.

— Слишком высокая температура у огня, нехарактерная, – произнес, вспоминая, что именно из-за этого и произошел взрыв, которым Веню так приложило, что аж отправило на больничную койку.

Поэтому-то я так много и думал об этом долбаном музее. И хотя мое дело было тушить, а не проводить экспертизу, в том, что касается пожаров, у меня был немалый опыт. Чуйка, которая вопила благим матом, что здесь что-то нечисто.

Но во всем остальном пожар просто образцовый. О чем и сказал этим двум журналюгам, которые смотрели на меня с одинаковым выражением лица. С таким обычно инквизиторы обещают ведьме применить разом все пытки, если сейчас же не признается (в подробностях!) во всех смертных грехах оптом.

Я проигнорировал этот немой вызов и задал встречный вопрос:

— Карина, а почему тебя так заинтересовал этот музей?

— Чутье, – короткий ответ демоницы заставил поперхнуться чаем. Что, и у нее тоже? А она как ни в чем не бывало продолжила: – Уж больно интересно, почему сразу поле того, как в результате пожара сгорела картина не особо популярного Лакронова, всплыло полотно Брюллова.

— А поподробнее? А то я не выкупаю общей картины, – потребовал Юрик.

— Не выкупаешь – возьми кредит, – посоветовала фурия, обводя мрачным взглядом пустой стол, на котором сало закончилось, а с ним и благодушие Кари.

— Не дождешься! Я не стану делать себе эту финансовую клизму, чтобы на краткий миг получить денежное вливание, которое после очистит весь мой кошелек до дна, – глубокомысленно изрек одноглазый и ультимативно добавил: – Или ты рассказываешь мне все по-хорошему, или по-плохому. Поддубник, во что ты опять ввязалась?

— Юрик, тебе никто не говорил, что ты иногда пошляк и вообще тяжелый человек? – тут же парировала демоница.

— Я? Тяжелый?! Ха! У тебя просто не было хорошего домкрата, – не остался в долгу одноглазый.

— Зачем домкрат, когда есть динамит? – философски заметил я. – Он точно в воздух выше поднимет. Даже взлететь на нем можно. Главное, чтоб подрывник был хороший.

— На каждого хитрого подрывника есть опытный сапер, – ухмыльнулся Юрик.

Мы с ним вроде бы перебросились подколками, идиотскими, к слову, только после слов одноглазого лицо Кари замерло, побледнело, ее глаза лихорадочно заблестели, а после она потребовала:

— Повтори! Что ты сказал? – и нацелила палец на одноглазого.

— Опытный сапер… – протянул Юрик. Одноглазый, судя по ошарашенному виду, понимал в резкой перемене настроения демоницы не больше моего.

Карина

— Точно! – Я аж подпрыгнула на табурете от нетерпения. А после, поелозив на нем, уточнила: – Слушай, Вик, а мог пожар быть из-за взрыва?

Я говорила, а в мозгу звучал голос билетерши: «Он никогда не ошибается!» – которая с гордостью заявила, что электрик в музее – бывший сапер. И у него, дескать, проводка просто не могла замкнуть.

В мозгу меж тем складывался пазл: если хранительница музея была в сговоре с реставратором… А ведь наверняка была, потому как обнаружила Брюллова под гуашью «Весточки» наверняка Ирина, когда работала над восстановлением полотна. Тогда что мешает преступному дуэту превратиться в трио?