Книга Аркадия, страница 93 – Эрин Дум

Я осталась после тех слов Андраса. Не знала, перестанет ли он меня отталкивать и станет ли более искренним после случившегося на лестничной площадке, но то, что он сказал, пустило во мне росток – стойкий, упрямый, ведущий к свету. Он дал мне надежду. Странное ощущение, непривычное для меня. Андрас по‐своему дал понять: он хочет, чтобы я была рядом, не уходила.

Мы провели день вместе, пока Кармен не вернулась с Олли. Она явно испытала облегчение, увидев меня. Когда Андрас взял девочку на руки, Кармен улыбнулась, радуясь, что он ведет себя как всегда или даже чуточку спокойнее, чем обычно. Потом старушка перевела взгляд на меня, будто считала это моей заслугой.

Я даже спросила, можно ли мне переночевать у него, ведь на следующий день клуб будет закрыт и на работу идти не нужно. В его мрачном взгляде мелькнула настороженность, он нахмурился, но не сказал «нет».

Я лежала на свежем белье и любовалась им. Он спал, уткнувшись в подушку. Прядь волос упала на лоб, заслонив часть лица. Умиротворенный, он казался еще красивее: плавный изгиб скул, сомкнутые длинные ресницы, губы, тихое глубокое дыхание.

Ему снился сон?

Завороженная этой картиной, я протянула руку, чтобы коснуться его, хотела запомнить каждое мгновение. Во сне он казался таким кротким. Трудно было поверить, что в этом спокойно спящем человеке скрывался дерзкий, пронзительный взгляд, в груди таился низкий, хрипловатый голос, а в каждом наклоне головы и слове – насмешка или вызов.

Вдруг его ресницы дрогнули – он такой милый.

Стоп… Андрас – милый?

Будто услышав, как я его назвала, он поднял брови. Медленно открыл глаза, лицо исказила недовольная гримаса.

На секунду показалось, что он пытается понять, кто посмел прервать его сон. Но когда, еще толком не проснувшись, увидел меня рядом с собой, гримаса исчезла, и он замер, уставившись на меня.

— Доброе утро, – прошептала я, свернувшись клубочком на кровати.

Андрас посмотрел мне в глаза, затем на губы. От него исходил аромат грез, желания и чувственности, и, боже, эта его томная, жгучая привлекательность ранним утром могла бы подорвать выдержку любой женщины.

— Я не хотела тебя будить, – сглотнула я. Он по‐прежнему молчал. – Просто… мне нравится смотреть, как ты спишь.

Андрас глубоко вздохнул. Его взгляд потеплел, а через мгновение глаза наполнились страстным желанием.

Раньше я бы никогда не решилась сказать ему такое. Но рядом с ним я становилась мягче, позволяла себе быть слабой. Уверена, он это замечал.

Он на миг закрыл глаза и, кажется, выругался про себя. Потом протянул руку, обнял меня за бедра и притянул к груди. У меня перехватило дыхание, когда он решительно поцеловал меня, заставив замолчать.

Его жадные губы прижались к моим со звонким чмоком, язык двинулся дальше.

По телу снова пробежали мурашки, это было восхитительно. Сердце билось так часто, что было трудно дышать, а щеки горели.

Как и всегда, когда он меня целовал.

Кровь кипела, живот сводило сладкой дрожью, а из‐под ресниц будто бы плясали искры, глаза сияли как звезды.

Моя душа раскрывалась, как шкатулка с драгоценностями, и все тело сверкало от этого неповторимого чувства: губы – как рубины, а глаза – как аметисты.